}Я ободряюще улыбнулся, вглядываясь в грустное лицо друга, и пообещал, что обязательно пришлю ему весточку, как только будет такая возможность. Конечно, и я, и Тадеус были сильно расстроены предстоящим расставанием, но иногда приходится чем-то пожертвовать, чтобы поступить разумно.
***
}Следующим утром мы с Биллом коротко распрощались с полковником, чтобы не предаваться унынию, сложили вещи в заплечные котомки и отправились дальше. Теперь мы двигались намного медленнее, ведь теперь мы не только шли пешком, но и постоянно поднимались. Казалось, что с каждым часом тропа становится все круче и незаметней, пока не пропала совсем. Становилось холоднее, а редкие перелески сменялись почти сплошным хвойным лесом.
}Судя по картам, мы приближались в истокам реки Миссури. Далее планировалось идти вдоль ее русла, то есть по одной из самых низких частей гор, до водораздела. А дальше наш маршрут терялся во мраке.
}Было волнительно представлять, что же нас ждет по ту сторону гор, но ни я, ни Билл не теряли позитивного настроя. В этих местах деревень почти не было, люди перестали встречаться совсем, и мы чувствовали себя предоставленными самим себе.
}Приходилось постоянно охотиться, ведь больших запасов пищи мы не смогли бы унести с собой. Ружье я решил оставить, и Билл в первые же дни смастерил для меня лук. Лук был не таким красивым, как у проводника, но крепким, и я довольно неплохо научился с ним управляться. Билл хвалил меня, и говорил, что скоро я стану самым настоящим «белым индейцем». По вечерам (а темнело с каждым днем все раньше) мы, устроившись на ночлег в небольшой пещере, которыми изобиловали здешние склоны, или смастерив небольшой шалаш, сидели у костра и разговаривали ни о чем, вспоминая смешные и грустные моменты нашего путешествия, или рассказывая истории из своей жизни. Я многое узнал о Билле за это время. То ли он немного стеснялся полковника, то ли причина его скрытности была в другом, но только когда мы остались вдвоем, я с удивлением заметил, насколько Билл откровенен со мной: о чем бы я его не спросил, он всегда отвечал предельно честно. Я старался не слишком пользоваться таким отношением к себе, хотя частенько меня и разбирало любопытство. В то же время я отвечал такой же откровенностью, хотя и раньше не скрывал своих мыслей и жизненных подробностей.
}Записи мои увеличивались с каждым днем, и я боялся, что скоро уже просто не смогу их нести – ведь я не решился передать полковнику уже собранный материал. Иногда я пересматривал его, в основном любуясь рисунками Билла.
}Еще одним нашим любимым вечерним занятием стало обучение друг друга родному языку каждого. Билл немного понимал голландский, и его учеба была куда более успешной, чем моя, хотя я отчаянно старался выучить хоть несколько фраз на языке ирокезов (шошонский и сиу я даже не пытался осилить). Самым главным достижением для меня было то, что я смог выучить и правильно произнести настоящее имя моего проводника: ведь «Билл» было лишь именем для тугодумных европейцев, а «Маленьким Сиу» его называли люди из других племен и чужаки. Настоящее же имя, которое я не имею права здесь раскрывать, Биллу дали его родители, и так его звали лишь в семье и изредка в родной деревне. Я был удивлен такому количеству имен, но Билл объяснил мне, что так принято в любом индейском племени, просто мало кто из европейцев об этом знает, да и мало кто интересуется. Одно имя дают родители, второе – соплеменники, третье выбирают в честь богов, а для ведения дел с переселенцами коренные американцы часто выбирают себе простые, европейские имена.
***
}К концу августа мы достигли русла Миссури. Эта могучая река, несущая свои воды через Великие Равнины, в горах была лишь ручьем, звонким и резвым, будто маленький непослушный ребенок, со временем превращающийся во взрослого и спокойного человека.
}Сначала мы услышали шум воды, и через несколько минут добрались до каменистого берега. Место это было настолько живописным, что мы замерли на несколько минут, любуясь небольшими водопадами и уютной купелью, окруженной высокими соснами. Течение здесь не было опасным, и мы решили остановиться на привал, чтобы поохотиться, пообедать, искупаться, а затем устроиться для ночлега.
}Поймав парочку тетеревов, мы разделились: Билл остался разводить костер, чтобы приготовить дичь, а я направился обратно в лес, чтобы срубить лапника для будущего шалаша. Лес был довольно густым и высоким, поэтому ветвей внизу было немного, так что мне пришлось потрудиться, чтобы найти несколько небольших елей, которые можно было использовать.
