— Кинжал? Я всегда чувствовала, что в нем есть кто-то, кто поддерживает и спасает меня тогда, когда надежды нет… Но почему тогда ты ранил меня?
— Потому что кровь не только ключ, но и замок, — еле слышно прошелестел голос, фигура Элвариона истончалась на глазах, — возвращайся!
Я пришла в себя резко, как будто меня кто-то толкнул. Кровь продолжала течь, но вместо обморочной мути наступило кристально ясное и четкое понимание всего происходящего, будто мое тело воспарило над алтарем. Казалось, я вижу и слышу все, что творится в зале: вот колдун подходит к очередному несчастному, и глухой удар прерывает его страдания. Стук сердец, дыхание находящихся в зале, крики и звон… Крики и звон?! Да, это звуки боя, и он все ближе! Всей душой, всеми мыслями я потянулась туда, и в эту секунду дверь с лязгом распахнулась. Крик Кэла: «Лин!» и возрождение надежды. Полный невероятной силы голос тара Фрейна: «Только оружие, никакой магии!» Вопль отца: «быстрее, идиот», и снова звук скрещивающихся мечей. А потом меня словно резким толчком вернули на алтарь, надо мной нависло безумное лицо колдуна, я услышала его задыхающийся шепот: «я все равно убью тебя, моя игрушка», и поняла, что друзья не успеют…
Я рванулась из кандалов, выворачивая суставы, желая вцепиться зубами ему в глотку, вырвать его сердце… Безуспешно, результатом стала лишь дикая боль. А дальше… Время вдруг замедлило ход, как в боевом трансе, когда почти невидимое глазу движение кажется томительно долгим. Боковым зрением я увидела, как рвется к алтарю Кэл, точно превратившись в берсерка, по его лицу течет кровь, а глаза полны безумного страха за меня. У него остался лишь меч да один метательный нож, который он точной рукой направил прямо в сердце колдуна. Я не успела обрадоваться: на лице колдуна появилась гаденькая улыбочка, он прищурился, и в ту же секунду и нож, и меч в руках Кэла осыпались прахом, оставляя моего любимого безоружным. Странный жест колдуна, и нечто спутало руки Кэла, прижав их к телу. Словно в дурном сне, колдун повернулся ко мне, медленно-медленно занес нож — и время снова обрело свой обычный ход, когда в последнюю секунду Кэл в безумном рывке закрыл меня собой, принимая предназначенный не ему удар…
Я взвыла раненой волчицей. За что?! Колдун мерзко усмехнулся и потянул нож из тела моего мужа, но тут за его спиной вырос тар Фрейн и одним движением свернул мерзавцу шею. Небрежно отбросив тело — оно пролетело ползала и с глухим стуком впечаталось в стену — маг шагнул ко мне.
— Очнись, девчонка! — его голос прозвучал где-то на задворках сознания, мне было все равно: сквозь слезы я смотрела, как краски стремительно покидают лицо любимого. Болезненная пощечина ожгла мою щеку, и я с ненавистью посмотрела на тара Фрейна.
— Очнись, — снова гаркнул он, — твой муж еще жив, ты хочешь дать ему шанс?
Еще жив?! Боги…
— Что я должна сделать? — прохрипела сорванным голосом.
— Сейчас, — он легко поднял Кэла на руки и, судя по звуку, осторожно опустил рядом на пол. А затем шагнул ко мне и сделал то, чего я совсем не ожидала от этого сухощавого, внешне не наделенного силой человека: разорвал приковывающие меня к алтарю кандалы легким движением пальцев. Да кто же он такой?!
Я попыталась подняться, но тут же с криком упала назад — мышцы не слушались. Помог тар Фрейн, поднявший меня легко, точно котенка, и ткнувший пальцем куда-то над моей головой:
— Смотри!
Я взглянула туда, куда он указывал, и подавилась криком: там, где до начала ритуала воздух лишь колебался, сейчас закручивалась гигантских размеров воронка. Услышала вскрик и оглянулась назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как Рейн с полным гнева и ненависти лицом сносит голову тому, кто некогда был мне отцом. Мгновение, и друзья шагнули к нам, с ужасом глядя на Кэла и воронку.
— Что это?! — голос Сигни дрогнул.
— Дверь, — голос тара Фрейна был ледяным, — и если она откроется, Аллирэн, каким мы его знаем, перестанет существовать. Вы все, назад, зовите остальных и будьте готовы вливать силу в заклинание. Вам не ясно?! Бегом!
Моих друзей как ветром сдуло, а он повернулся ко мне:
— Слушай меня, Алиэн эр Шэртаэрр! Тебя вплели в ритуал, и теперь твоя кровь — проводник! И лишь от тебя зависит, станет она мостом между нами и Хаосом, или надежно запрёт его там, где ему место. Я покажу.
Он положил пальцы мне на виски, и я увидела: от алтаря в воронку шла алая нить, словно то, что за гранью миров, жадно пило мою кровь.
— Смотри и знай: если твоя ненависть к тому, что там, достаточно сильна, если воля твоя будет непреклонна, эта нить станет тем, что в твоем прежнем мире называли бикфордовым шнуром. Если же ты сдашься, она проложит путь Хаосу. Ты готова?
— Да.
Слово упало как камень в воду, и казалось, что вокруг нас пошли круги, а мир замер в ожидании.
— Тогда приступай. Я не смогу помочь тебе, попросту не имею права, но помни: твой возлюбленный, твои друзья — все они за тобой.
Я шагнула вперед, откуда-то взялись силы, словно прикосновения этого странного человека — да и человека ли — придали ее. Подняла голову и начала вспоминать…
