Впрочем, о событиях в Эллориэсэле мы узнали значительно позже. Нас с Кэлом буквально закружил вихрь разнообразных встреч, переговоров… А сколько договоров нам пришлось подписать: политических, торговых, военных… А если учесть, что вычитывать их, кроме нас, было некому, станет понятно, почему я через две седмицы буквально взвыла, заявив Кэлу, что в гробу я видала это все и что с тварями сражаться было легче. Хотя он всегда умел меня успокоить: несколько ласковых слов, головокружительных поцелуев, а уж наши совместные полеты… Только тогда я поняла, почему в древности драконы зачинали детей в основном в ипостаси: непревзойденное ощущение мощи и нежности, невероятной свободы и сумасшедшей страсти. И абсолютное доверие к своему супругу. Я вспомнила некоторые моменты и почувствовала, как тело наполнилось жаром, а сердце — нежностью. Потрясла головой: не время сейчас думать об этом, или я вернусь в постель к мужу и все планы на день пойдут прахом.
Сделала несколько шагов в сторону и взглянула на плато, вспоминая, каким мы его увидели пятьдесят лет назад. Сейчас оно было зеленым и голубым — то блестели под солнцем озера — и наполненным жизнью: несмотря на раннюю пору, на полях хлопотали крестьяне, паслись стада, а к подножию скалы тянулась цепочка телег. Увы, что было весьма неудобным, так это подъем всевозможных товаров в замок. Хорошо еще, что гномы соорудили нам столь надежный и мощный подъемник!
Да-да, гномы. За эти пятьдесят лет действительно многое переменилось, и Роэрр был прав: наша заслуга в том была, и немалая. Хотя первые годы после образования клана у нас почти не было времени заниматься его делами: как и предупреждал Фреанэр, Аллирэн сотрясали катаклизмы, вызванные закрытием проходов. К тому же оказалось, что последние судороги Хаоса выбросили в наш мир множество странных и жутких существ, что в отличие от знакомых нам тварей оказались вполне наделены инстинктом самосохранения… А с учетом того, что многих боевых магов отозвали в наш отряд для штурма Туманных гор… Словом, немало этих монстров разбрелось по окраинам и ухитрилось дать потомство, так что дел всем боевикам хватало! Разумеется, и мы не могли остаться в стороне, так что наша боевая звезда снова превратилась в «Скорую магическую помощь». Точнее, наша восьмерка: Эрвейн после случившегося отказался от всех должностей в клане и заявил, что не расстанется с Сигни, а Лар лишь усмехнулся и добавил, что если нам угодно совать наши сиятельные головы во все дырки Аллирэна, он, как верноподданный, будет сопровождать нас. Так что наша группа превратилась в еще более грозную силу, особенно с учетом мобильности.
Пять лет мы сражались, и не только: приходилось и помогать усмирять вулканы, и спасать людей от землетрясения, и ликвидировать его последствия, и ставить защиту на пути цунами… Вот тогда мы и познакомились с гномами и даже смогли подружиться с этими действительно непревзойденными мастерами. Так что к тому времени, как мы вернулись в замок, наши договоры были не только на бумаге, но и подкреплены личными связями.
Не обошлось и без конфликтов. Известие о том, что замышлял Шартэн и чему он хотел открыть дверь, обошло весь Аллирэн и вызвало общее презрение и ненависть к Шатэрран. Большинство драконов клана, не догадывавшихся о планах своего Главы, узнанное повергло в шок и вызвало уход из клана многих, особенно молодых, не окончательно зараженных философией презрения ко всем иным расам. Многие из них приходили к нам, но мы с Кэлом поставили условие: изгнанник должен прожить десять лет среди других рас, чтобы понять, что короткоживущие ничем не хуже их. Кто-то из них замыкался в себе, кто-то ломался под влиянием обстоятельств, кто-то начинал ненавидеть всех окружающих, но большинство возвращались к нам уже осмысленно и принимая наши цели и устремления не только на словах, но и на деле. Так что клан радужных постепенно становился все больше и крепче, а Шатэрран слабели. Возглавивший клан после гибели отца Варрэн попытался вернуть былое влияние, избрав для этого худший из способов: агрессию. Его нападение на приграничные земли Каэрии и Адарии возымело совсем не тот эффект, на который он рассчитывал: слитный ответный удар магов Академии, войск двух стран и драконов Шарэррах — тар Ариэш изо всех сил пытался загладить предательство членов своего клана — заставил золотых не только отдать все захваченные земли, но и потерять почти все свои. Так что теперь клан Шатэрран представлял собой несколько сотен отщепенцев, ненавидевших всех вокруг. Что ж, они сами выбрали свою судьбу…
Помнится, я долго раздумывала, участвовать ли мне лично в отражении атаки Варрэна и решила, что должна это сделать, пусть не как дракон, а как боевой маг. Благодаря этому я наконец узнала о Мирте и даже смогла с ним встретиться: он по-прежнему жил в Кароне и торговал в своей лавке. Мне долго пришлось убеждать его, что я и есть та самая Лин, которую он пригрел когда-то…
