— Сначала позаботьтесь о своей… невесте, — резко возразил целитель, — я всего лишь ослабил боль, но не убрал ее. Больную нужно уложить, и два дня ей воспрещены физические нагрузки и в особенности — магия.
Друзья внимательно слушали его и кивали, Сигни держала меня за руку и сглатывала слезы, а лица парней были полны гнева и сострадания. Я вздохнула и, сдерживая стон, тихо возразила:
— Но нам же надо сегодня прибыть на пост…
Целитель повернулся ко мне и отчеканил:
— Если вы сейчас сядете в седло, то с гораздо большей вероятностью прибудете на тот свет, а не к месту своего назначения.
— Простите, тар… — начал Кэл.
— Арнес, — назвался целитель.
— Тар Арнес, примите мою безмерную благодарность за помощь. Можно ли еще что-то сделать?
— Нет, заклинание, что я наложил, продержится два дня — если она не будет пользоваться магией. После этого времени боль в любом случае пройдет, если двигаться как можно меньше.
— Так, я отнесу Лин в комнату. Сигни, побудешь с ней? — обратился Кэл к подруге.
— Конечно, — кивнула та, утирая слезы.
Кэл отнес меня наверх, уложил в кровать и поцеловал. Он начал вставать, когда я задержала его руку и притянула его к себе:
— Что ты будешь делать, милый?
— Найду того, кто это сделал и убью, — ответил он не терпящим возражения тоном и добавил куда мягче, — отдыхай, родная, я постараюсь вернуться как можно быстрее.
Он вышел, Сигни села поближе и взяла меня за руку:
— Ох, Лин, как же ты нас напугала! Бедная, тебе очень больно?
— Уже не так, как было, но всё равно… Не представляю, кто ненавидит меня настолько сильно, что хочет убить! Нет, я понимаю, что у нас есть враги, но здесь? Да еще так, с чариссой! И не в отваре — там бы я запах узнала, а в мясе…
— Парни во всем разберутся, — успокаивающе погладила меня по руке подруга.
Друзья вернулись через час в сопровождении красного от стыда нара Фома. Хозяин постоялого двора бухнулся на колени у самой двери:
— Тари, простите меня! Моя дура-кухарка не уследила, этот… — далее следовали такие эпитеты, что уши покраснели даже у Дойла. Кэл прервал его:
— Нар Фом, не думаю, что моей невесте приятно выслушивать все это.
— Простите, — совсем повесил голову тот, — этот мерзавец Яртар, что вчера пялился на вас из угла… спит с моей кухаркой. И это он подсыпал ту траву в начинку для пирогов, а мы ничего и не поняли… Я виноват, наказывайте!
— Вы ни в чем не виноваты, — покачала головой я, — а вот этот Яртар… А вы уверены, что он сделал это по собственной инициативе? Может, его просканировать надо?
— Я сделал это, — ледяным тоном ответил Лан, я никогда еще не видела его в такой ярости, — он виновен, сомнений нет. И да, я увидел кое-что еще, но сейчас это не важно.
— Прости, но… Может, подождем, пока я приду в себя и попробуем все вместе?
— Нет, — резко ответил Кэл, — не хватает тебе еще в его грязных мыслях копаться!
— Кэл прав, — кивнул Лан, — его разум хуже выгребной ямы, не стоит пачкаться.
— А что его ждет? — я оглядела друзей.
— Наказание за покушение на убийство мага, находящегося на службе — смертная казнь, — отчеканил Рейн, — и мы имеем право судить и приводить приговор в исполнение.
— Я сделаю это сам, — ответил Кэл, вставая, — побудьте с Лин, я скоро вернусь. Нар Фом, будете свидетелем!
Тот только кивнул и, снова низко мне поклонившись, вышел вслед за Кэлом. Рейн тихо сказал:
— Боги, сестренка, ну и перепугался же я! Хорошо еще, что здесь был целитель, а то что бы мы делали?
— А что мы будем делать с заданием Академии? — задала я интересующий меня вопрос.
— Вернется Кэл, тогда обсудим, — ответил Дойл.
Кэл вернулся через полчаса, его лицо было замкнутым и каким-то жестким. Впрочем, он тут же смягчился, встретив мой тревожный взгляд. Сев на кровать, он обвел взглядом друзей и спросил:
— Итак, что мы будем делать? Лин я никуда не отпущу и одну не оставлю!
— Правильно, — кивнул Лан, — но не выполнить приказ всем вместе нельзя. Поэтому я предлагаю: мы поедем к месту назначения, а вы прибудете через два дня. Это будет лучшим вариантом.
— Но… — начала я, однако Кэл перехватил инициативу.
— Родная, Лан прав, тебе в любом случае сейчас нельзя пользоваться магией. Надеюсь, за два дня ничего не случится…
— В любом случае мы и сами по себе не слабые маги, — улыбнулся Дойл, — все, Лин, выздоравливай! Кэл, береги ее, а то наша неугомонная вслед помчится. Идем, друзья!
Попрощавшись, они вышли, мы остались вдвоем. Кэл обнял меня, уткнувшись носом в макушку, и прошептал:
— Ох, Лин моя…
Я потерлась щекой о его руку и прикоснулась к ней губами, вдыхая запах любимого мужчины и чувствуя себя защищенной в его крепких объятиях…
Указания целителя Кэл воспринял буквально: из постели мне позволялось выбираться лишь в туалет. В результате к вечеру следующего дня я буквально измаялась от безделья и начала капризничать. Кэл же выслушивал все мои жалобы с неизменной ласковой улыбкой и покачиванием головой.
