В 8 часов, 10 октября после артподготовки бригада перешла в атаку, захватила первую и вторую траншеи и небольшое число пленных, затем была остановлена сильным огнем всех видов. Артиллерия противника подавлена не была. Пехота дивизии за бригадой вновь не пошла, а наши малочисленные танковый полк и мотострелковые батальоны большего достичь не смогли.
Стремясь выполнить боевые задачи, личный состав действовал самоотверженно. Так, рота 1-го мотострелкового батальона под фланговым огнем пулемета, расположенного в ДЗОТе на окраине Ровное, залегла. Стрелок рядовой Шангин подполз к сооружению и закрыл амбразуру своим телом. Рота бросилась вперед, захватила траншею, уничтожив в ней фашистов. Ценой своей жизни герой обеспечил продвижение роты. Во время ночной атаки, проведенной с 21-го часа, погиб командир 2-го мотострелкового батальона гвардии капитан Герасимов.
Тяжело воспринималась утрата опытного командира, члена партии, гвардейца-сталинградца.
Этот бой позволил командованию бригады понять некоторые причины неудачных попыток прорыва. Главная состояла в том, что привлекались явно недостаточные силы и средства. Применительно к нашему мехкорпусу это еще и поспешный, без серьезной подготовки, ввод его в бой.
В середине октября третий раз был применен скомпрометировавший себя способ использования механизированного корпуса для прорыва обороны гитлеровцев совместно со стрелковыми дивизиями, так сказать «внакладку». Корпус должен был, осуществив перегруппировку в ночь с 15-го на 16-е октября, совместно с 1-м гвардейским стрелковым корпусом прорвать оборону противника на участке высота 102,8, северная окраина Богдановки и овладеть железной дорогой от Краснофельда до Сергеевки.
13-й гвардейской мехбригаде надлежало совершить прорыв совместно с 86-й гвардейской стрелковой дивизией ударом в направлении высоты 99,2, Сергеевка и овладеть последней. Для этого в ночь перед атакой ей следовало из района Нейборга перейти в исходный район на восточных скатах высот 99,2, 99,7. Справа, в центре боевого порядка корпуса наступала 14-я гвардейская механизированная бригада.
Когда командир корпуса закончил отдавать приказ, командир этой бригады подполковник Никадим Алексеевич Никитин спросил:
— А можно ли по договоренности с командиром 33-й дивизии поделить полосу наступления?
— Танки вашего танкового полка должны поддержать атаку пехоты дивизии. Сможете ли вы половину или больше своих танков выделить дивизии, если их так мало? Выделит ли дивизия в вашу полосу для поддержки три-четыре дивизиона артиллерии?
Так прояснилось положение, в которое ставились мехбригады — усиление стрелковых дивизий при прорыве обороны под предлогом «совместного прорыва».
И все же при организации взаимодействия был найден определенный выход из этого положения. Командир 86-й гвардейской дивизии согласился с предложением полковника Афанасьева: один стрелковый полк атакует в полосе мехбригады, за ее танками, имея два наиболее укомплектованных стрелковых батальона между нашими мотострелковыми, а другой полк — правее бригады, в своей полосе, получив на поддержку роту СУ-76 1392 самоходно-артиллерийского полка, приданную нашей бригаде. Командир же соответствующей полковой артиллерийской группы, состоящей из двух дивизионов, будет перемещаться с наблюдательным пунктом бригады, и поддерживать ее огнем. Кроме того, для артподготовки в полосу бригады было предусмотрено привлечь еще три дивизиона. Так впервые бригада получила ощутимое огневое усиление, хотя по количеству целей в обороне противника этого было недостаточно.
Вновь для организации наступления мы располагали лишь полутора сутками, из которых светлого времени был один осенний день.
Проводя работу на местности, лишь к вечеру смог детально заняться вопросами управления. В предыдущие дни, когда бригада была в обороне, нам с начальником связи многое удалось сделать по изысканию и ремонту кабеля, ремонту и вводу в строй трофейных радиостанций. С пониманием отнесся и начальник связи корпуса, частично пополнив бригаду кабелем и радиостанциями. И теперь было чем распорядиться. Вывод из прошедшего был сделан, — как говорят, беда вымучила и беда выучила.
Несмотря на недостаток средств и сил, в бригаде ощущался подъем; он был вызван сообщением о том, что войска нашего фронта вышли к Мелитополю с юго-востока и завязали бои за него.
