После двухчасового отдыха бригада двинулась на Снигиревку через Ровное и Красную Долину и в 6 часов 30 минут 12-го марта прошла последнюю. Здесь я и мои товарищи по штабу бригады впервые увидели последствия «работы» кавалеристов, проведенной ночью, до нашего прихода. Улицы были усеяны трупами порубленных фашистских вояк, атакованных внезапно. Они выскакивали из хат, кто в чем был одет, и тут же находили смерть от сабельных ударов.
— Мне это знакомо, начиная с гражданской войны. Мои земляки, казаки Плиева хорошо поработали, — говорил, улыбаясь, Никодим Ефремович. — Это — плата за принесенные врагом бедствия и слезы советского народа.
— Молодцы, умело воюют! — торжествующе произнес Федоров.
В тот же день мы узнали, что нанес этот удар один из эскадронов 9-й гвардейской кавдивизии.
Между тем пришлось увидеть первые признаки надвигавшейся с востока армады противника. Из района 2-го отделения совхоза Снигиревка, куда бригада вышла в десятом часу, были видны две большие параллельно двигавшиеся от Снигиревки на Новопетровку, колонны обозов. Ближайшая из колонн подверглась атаке роты автоматчиков. Гвардейцы охрану частью перебили, частью разогнали и в совхоз доставили отбитое у фашистов стадо коров до 500 голов 127».
Так начались бои с отходящей группировкой 6-й фашистской армии, продолжавшиеся более пяти суток. Они совпали с острым недостатком боеприпасов. В тот момент подразделения имели 0,2—0,3 боекомплекта из двух-трех в начале операции. А погода не предвещала, что в ближайшие дни просохнут дороги. И командир корпуса, и командир бригады потребовали максимально экономно стрелять.
Во второй половине дня от разведгруппы и соседей поступили достаточные данные об обороне противника в Снигиревке. Там на подготовленных позициях находилось более пехотного полка с шестью танками, артиллерией и минометами, а на путях вблизи станции стоял бронепоезд.
— Оборона уже сильная и еще будет усиливаться, а значит, нужно спешить с атакой, — сделал вывод командир бригады после доклада начальника разведки.
— Ясно, но как быть с поселком в километре севернее Снигиревки? Там — до двух пехотных батальонов, — спросил я.
— Сначала возьмем его, а потом атакуем поселок, — ответил полковник.
— Ввяжемся в большой бой, надо его обойти с востока, — предложил я.
— Попробуем.
Эта проба оказалась ошибкой: наша атака была отражена огнем пехоты и артиллерии, а задержка составила пять часов.
Начальник штаба корпуса после моего доклада об обстановке и принятом решении сказал:
— Никаких поселков! Главная цель — Снигиревка, узел железных и грунтовых дорог. Ясно?
— Вас понял.
— Выполняйте!
Бригада в 21 час обошла поселок, а сосед слева — 14-я мехбригада уже завязала бой за Снигиревку. Атака наших двух мотострелковых батальонов, усиленных каждый двумя танками Т-34 (столько осталось в строю), при огневой поддержке четырех минометов, состоялась в 22 часа. Она была остановлена сильным огнем всех видов. Справа атаковал кавполк 9-й кавдивизии. Оба соседа также не достигли успеха. И причины неудачи заключались в том, что как в численности людей, так и в огне на стороне фашистов было решающее превосходство. Во второй половине ночи атака была повторена, в результате которой к пяти часам 13-го марта бригада захватила одну улицу и перерезала железную дорогу.
— Удержите хотя бы захваченное, а днем разберемся, — передавал по радио комбатам я по указанию комбрига. — Экономно стреляйте.
По документам убитых и показаниям пленных было установлено, что бой с нами ведут из числа отходящих передовые полки 306-й и 9-й пехотных дивизий. На рассвете они нанесли первую, а через час — вторую контратаку, но бригада устояла. А в результате третьей контратаки, нанесенной с утра силами более полка с шестью танками, бригада вынужденно отошла на 2 км северо-западнее Снигиревки. Отошла и сражавшаяся левее 14-я бригада.
В ночном бою вновь отличился командир мотострелковой роты гвардии младший лейтенант В.М.Чуприков. Он со своей ротой первым ворвался на улицу поселка и лично уничтожил трех фашистских солдат. При отражении контратаки он погиб. Посмертно награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.
В ходе третьей контратаки особо отличился командир батареи 45 мм пушек гвардии младший лейтенант Михаил Погожев. Он со своим единственным расчетом подпускал цепи атакующих гитлеровцев на близкое расстояние, внезапно открывал огонь осколочными снарядами и вывел из строя более десятка человек. После ранения наводчика Михаил занял его место и поразил еще до 10-ти человек.
Санинструктор инженерно-минной роты гвардии сержант Вера Филипповна Николаева здесь перевязала более 30-ти раненых.
Так с утра 13-го марта бригада, мехкорпус в целом, а также соседний кавкорпуса вступили в бой с главными силами отходящей группировки 6-й немецкой армии, во много раз превосходящей КМГ и в людях, и вооружении. В докладе комбригу мы с начальником разведки указывали:
