Ударил гром, небо прорезал росчерк молнии.
— Здесь нельзя оставаться. Пойдем, — Томас с сожалением перебил подругу, взял девочку за руку и торопливо повел прочь из ставшего ненадежным укрытия.
Встретившись там же через неделю, они застали расколотый пополам клен…
Княжество Акарам,
вторая неделя руена 69-й год
Алиса ворвалась в жизнь Мэйнарда огненным вихрем. Нежить не обращает внимания на течение времени, но инкуб стал считать дни от встречи до встречи. Инстинкт самосохранения категорически запрещал наведываться ежедневно. Демон учился ждать.
А еще он понял, что любит не только играть, но и слушать. Музицировать на рояле обязана каждая девица дворянского происхождения, и Алиса не стала исключением.
Дорогой инструмент из редкого черного дерева домовой поддерживал в идеальном состоянии, но прежде княгиню не тянуло не то что сыграть, а даже открыть крышку. Впрочем, все меняется.
Звучали мелодии, сменяя друг друга. Смолк последний аккорд, и молодая женщина обернулась. Глаза демона горели от восторга.
— Ты как картина, Алиса. Такая завораживающе прекрасная картина, от которой невозможно оторвать взор.
Она впервые смутилась за все время их знакомства.
— Скажешь тоже. Засыпал комплиментами…
— Сказал. Правду.
Княгиня поспешила сменить тему:
— И как, общение со мной помогает подготовиться к переменам?
— Не знаю, — ответил он с обескураживающей честностью, — но мне безумно нравится быть рядом с тобой. Здесь уютно.
Невидимый домовой фыркнул. Уютно ему, видите ли. Нежити. В княжеском замке. Рядом с матерью наследника.
Что за времена пошли?
Семнадцатилетний Михаил Соколов, сын министра финансов, собственник контрольного пакета акций стекловарной мастерской в Сореме, наделенный редким талантом чтеца душ (вот только не нужно сразу думать о магии), сосредоточенно помешивал лягушачьи головы. Зелье умиротворенно булькало в стареньком котелке на летней печи.
Недалеко от юного гения босоногий ведьмак, в добротном, но не по погоде легком наряде, растирал в ступке березовый лист. Лениво так, неторопливо — отметил бы профессиональный взгляд. Миша ничего подозрительного не замечал, занятый подсчетом: десять раз по часовой стрелке, десять в обратном направлении, и так по кругу.
— Теперь добавь кровь девственницы, — распорядился хозяин подворья, недавно отметивший двадцатилетие.
В Акарам ведьмак попал четыре года назад. Прошел курсы повышения квалификации, устроился на службу, но своим так и не стал. Такое положение дел юношу не тяготило: к одиночеству Изарин давно привык, как и все представители его профессии. Казенный домик через шесть лет переходил в его собственность, жалование выплачивалось регулярно. Что еще нужно?
Соколов, не догадывающийся, какие мысли бродят в голове ведьмака, поморщился и "незаметно" кинул в котел носовой платок. Если бы соседская малышка не разбила коленку, с добычей данного ингредиента ожидались серьезные трудности.
— Это что за безобразие? — возмутился Изарин.
— Кровь, как и заказывал. А тряпку я потом вытяну.
— Ладно, — не стал спорить хозяин колдовского инвентаря. — Теперь добавь вон те листочки.
Эффект превзошел все ожидания: зелье приобрело насыщенный зеленый цвет и отвратительный запах. Дыша через раз, Миша старательно ворошил варево.
Ведьмак отложил ступку, освобождая руки, откинулся на спинку стула и смилостивился:
— Готово.
Финансист не сдержал облегченного вздоха:
— И куда его теперь?
Вонь заполнила поляну с летней печью, дубовым столом, спрятанным под навесом, и отправилась путешествовать по саду. А Изарину хоть бы хны.
— Выплесни под забор. Я все это затеял, чтобы посмотреть, насколько тебя хватит.
Михаил, согласившийся помочь "с важной, неотложной работой", испытал дикое желание вылить кипяток на затейника. Следующим порывом стало надавать тумаков (магию ведьмак использовать не станет, ибо не тот повод, а на боевые искусства он так и не записался — лень), однако Соколов сдержался и спокойно произнес:
— Знаешь, Изарин, у тебя нет друзей не из-за колдовской силы, — бровь собеседника изумленно поползла вверх, требуя пояснений. — Характер больно противный.
— Может, я сам так хочу? — прозвучало равнодушно. Маска прекрасно скрыла истинные эмоции.
— Может, и хочешь, — невозмутимо ответил юноша, — но меня это не интересует.
Он накрыл котел крышкой, неторопливо подошел к столу, опустился на лавку, принимая точно такую же позу, как и хозяин подворья. Что странно, отторжения это наглое заявление в душе ведьмака не вызвало.
— И стоит столько времени изводить ради Тропы Мертвецов? Что тебе за дело до чужих покойников?
— Почему только ради Тропы? — искренне изумился Миша. — Ради Тропы я бы просто заключил с тобой сделку.
Юноша презрительно фыркнул, выражая свое отношение к высказываниям подобного рода. На сделку он, видите ли, настроился. А Изарин не хочет внепланово наведываться на Север. Не хочет и не пойдет. Инцидент с зельем, готовить которое ведьмак не собирался, оказался благополучно забыт. Изарин с наслаждением высказал все, что думает об экспедиции и прочих идеях Михаила.
