— Я уже говорила тебе, что заработала их, — устало ответила Инга и попыталась отойти от мужа, но Константин Григорьевич крепко схватил ее за руку и, удерживая, спросил:
— Как заработала? И, главное, чем?
— Я все-таки твоя жена, на что ты намекаешь? — бросила Инга на мужа негодующий взгляд и выдернула руку.
— Ни на что, — ответил Поляков. — Я просто хочу знать, откуда у тебя деньги на твою распрекрасную жизнь и на все остальное!
— На какое еще остальное? — спросила Инга, сделав вид, что не понимает, о чем говорит Константин.
— Серьги, цепочки, кольца, бриллианты!.. Мне дальше перечислять?
— Ты точно хочешь знать обо всем? — пронзительно посмотрела в глаза мужу Инга.
— Разумеется, — скрипнув зубами, произнес Константин Григорьевич. — Внимательно слушаю!
— А я не скажу, — процедила Инга и после недолгого молчания добавила: — Может, ты хочешь, чтобы я ушла?
Не дождавшись ответа, она демонстративно направилась к входной двери и, ухватившись тонкими пальцами за прохладную ручку, соображала, как ей поступить дальше: отправиться сразу на квартиру к Павлу или все-таки остановиться пока в гостинице, — второй вариант будет предпочтительнее…
И тут услышала голос мужа:
— Прикажешь мне за ребенком смотреть? Хрен с тобой, оставайся! Наш разговор еще не закончен, — произнес Константин и ушел в другую комнату.
Совещание у начальника уголовного розыска городского Управления МВД подполковника Фризина было недолгим. Он вообще не любил заседания, как бы красиво они ни назывались — планерки, конференции, симпозиумы, летучки. Полковник справедливо полагал, что работникам управления надлежало участвовать в оперативно-разыскных мероприятиях, предотвращать и раскрывать преступления, проводить допросы, задерживать подозреваемых, контролировать соблюдение законности, встречаться с информаторами, если того требует случай, мерзнуть на улицах и прятаться в засадах, нежели просиживать штаны на мягких стульях.
Выслушав доклад майора Щелкунова, Фризин заключил:
— Работу провели хорошую. Оформляйте материалы и передавайте дело в суд. Не часто у нас такое случается… Раскрыть убийство меньше чем за неделю — это, скажу я вам, достойный показатель работы вашего отдела. Считайте, что премия у вас в кармане.
— Я бы не стал торопиться с премией, — в некоторой задумчивости произнес Виталий Викторович.
Сказанное явилось для подполковника полной неожиданностью. Удивленно посмотрев на майора, он недовольно промолвил:
— Что-то я не пойму, имеются какие-то сомнения?
— Так точно! — последовал ответ.
— Прошу растолковать.
— Попробую, товарищ подполковник… Горюнов человек интеллигентный и спокойный, в чем я мог убедиться при личной с ним встрече, — заговорил Виталий Викторович. — Как-то не вяжется он с убийством человека, да еще собственного друга… Это совсем другой психотип.
— Бывшего друга, как вы докладывали несколько минут назад, — ненавязчиво напомнил Абрам Борисович.
— Ну, пусть даже и бывшего, — согласился Щелкунов. — Я разговаривал с ним, было видно, как он переживает смерть Полякова. Невозможно такое изобразить!
— Вы меня удивляете, майор! — откинулся на спинку кресла Абрам Борисович. — Разве вам за время службы не встречались спокойные убийцы? Вспомните хотя бы дело профессора Бергамотова. Он ведь тоже до некоторой поры выглядел совершенно спокойным, располагающим к себе и интеллигентным человеком, — с явным сарказмом произнес Фризин. — Однако эти добрые качества его характера отнюдь не помешали ему изрубить на куски собственную жену, когда он узнал о ее измене. Припоминаете это дело?
Майор, конечно, помнил. В марте сорок четвертого года Казань потрясло страшное известие: профессор государственного университета, доктор наук Феликс Эдуардович Бергамотов убил собственную супругу топором, расчленил ее тело на куски и, упаковав в несколько свертков и бумажных пакетов, раскидал их по разным помойкам. Если бы не голодные собаки, преступление сошло бы ему с рук… Это они разыскали уже разложившиеся куски человеческого тела и растащили их по разным закоулкам, чтобы доедать останки подальше от людских глаз.
Отсутствие супруги профессор Бергамотов объяснял тем, что жена, собрав чемодан теплых вещей, неожиданно укатила погостить к родственникам в Пермь. Предупредила, что задержится надолго, потому что хотелось бы посетить двоюродных и троюродных сестер, которых у нее в этом городе было немало. Оснований, чтобы не верить словам столь уважаемого профессора, а тем более подозревать его в чем-то противоправном, не имелось, а потому расспросами ему особо не докучали. Не беспокоили даже тогда, когда по всему Кировскому району, где проживали супруги, стали находить обгрызенные собаками фрагменты женского тела. Уголовный розыск в поисках преступников буквально сбился с ног: проводил всевозможные следственно-оперативные мероприятия, подключал к делу информаторов, проводил обыски в злачных местах, однако все предпринятые усилия оказались тщетны.
