— Сделаем вот что, капитан… Торопиться с задержанием Поляковой пока не будем, — вынес свой вердикт майор Щелкунов после глубокого раздумья. — Нужно собрать на нее более серьезный материал. А пока продолжаем вести за ней наблюдение. Нам надо самим убедиться, что у нее с этим прощелыгой с усиками нечто большее, чем любовные отношения. Мы должны быть уверены, что Полякова — соучастница преступлений.
— Понял, — ответил Рожнов. — Разрешите продолжить наблюдение за фигуранткой?
Майор насмешливо посмотрел на подчиненного и слегка кивнул:
— Свободен!
Было около девяти часов вечера. Здание уголовного розыска сотрудники покидали неохотно, в некоторых кабинетах еще горел свет. Зинаида Кац тоже ушла. Последние две недели майор ночевал у нее. Но свои отношения они по-прежнему держали в тайне ото всех.
Как-то однажды, когда они вместе гуляли в Фуксовском саду, их заметил капитан Рожнов, который тоже в это время был не один, а с какой-то миловидной шатенкой, но, проявив деликатность, парень отвернулся в сторону, сделав вид, что не заметил своего непосредственного начальника. Вряд ли Валентин поделится с кем-нибудь сенсационной новостью, он умеет помалкивать. В последующие дни он ни взглядом, ни словом не показал Щелкунову, что знает о взаимоотношениях с Зинаидой.
Вышестоящее начальство не одобряет служебные романы, считая, что это может повредить делу. Но ни он, ни Зинаида не обременены браком, так что вправе распоряжаться своей судьбой по собственному усмотрению.
Несмотря на плотный график работы, у Щелкунова нашлось несколько минут для общения с Зиной. Она сказала, что еще утром успела сходить на рынок, чтобы купить кусок говядины, и к его приходу постарается приготовить его любимый борщ.
Что ж, нужно поторопиться. Виталий Викторович открыл сейф и положил в него папку с уголовным делом.
Слежка за Ингой Поляковой скоро принесла нужные результаты. Узнав, что она пользуется в парикмахерском салоне черным ходом, капитан Рожнов поставил у центрального входа старшего лейтенанта Гапоненко, а сам решил проследить за черным ходом. И не прогадал. Где-то через час с четвертью после прихода Инги в салон она вышла из него с новой прической и с молодым человеком с тонкими усиками, одетым в пальто с меховым воротником, пыжиковую шапку и зимние кожаные ботинки. Спустившись по ступеням крыльца, Инга взяла молодого человека под руку. Они перешли на другую сторону улицы, дошли до улицы Чернышевского, пересекли ее и скоро вышли на улицу Баумана, где находился небезызвестный в городе ресторан «Столица». Войдя в него, заняли понравившийся им столик. Их здесь знали. Официант подошел к ним буквально через секунду после того, как они уселись, и, сделав скорбную мину, произнес:
— Вы уже слышали, что произошло с Аркадием Семеновичем?
— Нет, — сделал удивленные глаза Клепиков. — А что случилось-то?
— Так ведь убили его. Зарезали. — Официант шмыгнул носом. — Говорят, что всего ножиком исполосовали, места живого на нем не оставили, изверги!
— Да что вы говорите! Как же такое возможно?! — притворно ахнула Инга.
Ситуация была прискорбной, но ее отчего-то распирало веселье, и она с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться в голос. Накатило ни с того ни с сего! Что же с ней такое происходит? Может, это нервное?
— Не может быть! — вполне искренне воскликнул Павел. — Такой хороший человек был! Близко я его не знал, но он всегда был со мной очень приветлив, когда я заходил.
— Увы, к сожалению, хорошие люди всегда уходят первыми, а нам остается только грустить о них, — подавив вот-вот готовый вылететь смешок, сказала Инга и отвернулась, чтобы скрыть лицо.
— Это верно, — покачал головой официант и, немного помолчав, произнес: — Что будете заказывать?
— Как всегда, пожалуйста, — кивнул Клепиков.
Обедали с большим удовольствием. Почему-то, когда случаются непростые ситуации, всегда просыпается аппетит.
— Я бы прогулялся, — насытившись, сказал Павел. — Где-нибудь в лесочке… А как ты?
— А я туда, куда и ты, — ответила Инга.
Вызванная к ресторану «Победа» подъехала через пятнадцать минут.
— Прошу, — галантно открыл перед Ингой дверцу автомобиля Клепиков.
Усадив даму и закрыв за ней дверцу, сел сам и коротко обратился к водителю:
— Городская клиническая больница.
— Зачем больница? — удивленно спросила Инга, вспомнив, что в этой клинической больнице работал хирургом Степа Горюнов, ныне сидевший в следственном изоляторе по тяжкому обвинению в убийстве.
«Впрочем, каждому свое», — подумала она. И все же Инга немного сожалела о том, что Степа сидит в сейчас обществе уголовников, дожидается суда и на волю выйдет не скоро. Как-никак, столько лет знали друг друга и общались не только как друзья, но и как любовники. Но прошла минута-другая, и Полякова забыла о горемычном Степане…
