— Значит, так, — посмотрел мне в лицо. — Вам предстоит создать группу из И-пятнадцатых и И-шестнадцатых для прикрытия транспортных самолетов. Соберите летчиков из полков, кто летал на таких и еще не забыл их. Самых опытных. Да и вы, надеюсь, не забыли?
— Около тысячи вылетов — разве забудешь?
— Создайте группу, в запасном полку возьмете самолеты. В селе Хвойная надо встретиться с транспортниками, согласовать действия…
На другой день я вылетел на По-2 в Хвойную. Здесь располагались тыловые подразделения фронта, базы. Отсюда совершались полеты транспортных самолетов.
Собрались летчики, слетали мы с ними на Ли-2 в запасный полк пересели на И-15 и И-16. Не думали, что придется еще, когда-нибудь подниматься в небо на этих машинах. Однако же пригодились.
Пришлось, правда, вернувшись в Хвойную, организовать повторение пройденного. Все забывается, надо немного поработать с машиной, восстановить технику пилотирования. В разгар тренировочных полетов подошел батальонный комиссар Косачев.
— Из штаба дивизии передали, чтобы вы зашли. Дивизия выделяла транспортные самолеты, с которыми нам предстояло взаимодействовать.
— Здравствуйте, — поднялся навстречу начальник штаба и, не делая паузы, продолжал: — Утрясем все окончательно. Прошу!
Указал рукой на стул.
— Не знакомы?
Только теперь я присмотрелся ко второму офицеру, присутствующему здесь.
— Ну как же! — вырвалось у меня. — Знакомы.
— Да и я, кажется, не ошибусь, если скажу: в Хабаровске встречались? Вы тогда участвовали в поиске нашего женского экипажа, когда мы упали в тайгу.
— Точно.
— Я запомнила. Полина Осипенко представила вас тогда: «Мой товарищ со школьной скамьи».
— Она имела в виду скамью в Качинской школе летчиков. Мы и служили потом вместе.
Валентина Гризодубова в майорской форме выглядела внушительно.
— Так вот, — продолжал начальник штаба, — поскольку, как я понял, после рекордного перелета экипажа «Родины» Москва — Дальний Восток вы не встречались, познакомлю вас повторно. Валентина Степановна Гризодубова командует полком авиации дальнего действия.
— Думаю, что Валентина Степановна и сейчас рекорд устанавливает.
— Рекорд? — насторожилась она.
— Первая в мире женщина-командир авиационного полка.
— Вот видите, не перевелись на фронте галантные мужчины, прокомментировал начальник штаба.
— Товарищ полковник — наш гость, — ответила она с загадочной улыбкой, — так что придется потерпеть комплимент.
— Ну ладно, — сказал начальник штаба. — Приступим. «Неофициальная часть» нашей встречи завершилась.
— Предстоит сложная и важная работа, — продолжал начштаба. — Полк майора Гризодубовой выделил группу самолетов Ли-2 для помощи окруженной Второй ударной армии боеприпасами, продуктами, медикаментами, горючим. Мы не подумали вначале о прикрытии, и из шести машин, отправившихся в первый рейс, две не вернулись.
— Собственно, негде было взять прикрытие, — сказала Гризодубова.
— Так вначале казалось, — уточнил начштаба. — И тогда кто-то вспомнил о старых «ястребках». Некоторые их недостатки в данном случае идут нам на пользу. Их скорость как раз годится для сопровождения Ли-2.
— Но есть и достоинства, — я сам немало думал, как. лучше использовать эти устаревшие машины.
— Что вы имеете в виду?
— Старые истребители обладают хорошей маневренностью. Очень важное качество при защите нескоростного самолета.
— Мы с вами, нескоростники, кажется, начинаем нравиться друг другу…
— Надо тактику изменить, — Гризодубова делает решительный жест рукой. — Нечего нам на высоту лезть. Пора белых ночей. Фашисты нас снизу очень хорошо видят. Пусть они сами поверху ходят. А мы — на малой высоте. Темный Ли-2, идущий над лесами, сверху не так просто заметить.
— Прошу к карте, — пригласил хозяин кабинета. — Вот маршрут. Здесь, на окраине Александровки, в лесу, намечена поляна для посадки самолетов прикрытия. Вот район выброса грузов. Тут, пожалуй, наметим рубеж встречи. Истребители встречают, сопровождают, затем барражируют в районе работы. Она начинается в полночь, продолжается часов до двух — самое темное время, какое сейчас может быть. В общих чертах я сказал все. Остается вам между собой уточнить детали — и за дело. Вы когда будете готовы? — последние слова относятся ко мне.
— Сейчас вылечу ознакомиться с площадкой. Вечером группа будет там. День нужен, пожалуй, чтобы осмотреться, изучить район.
— Хорошо, значит, завтра уже действуем вместе, — Гризодубова встала.
Я заторопился на аэродром. По дороге размышлял об этой неожиданной встрече с Гризодубовой, и все больше овладевало мной удивление. Конечно, летчица-рекордсменка по дальним перелетам — это что-то значит. Перед войной была начальником Управления международных авиационных линий Гражданского воздушного флота СССР. Тесная, можно сказать, связь с дальней военной авиацией. И все же быть женщине командиром полка! Всецело мужского! На войне!
Пока готовили По-2, подошел к гризодубовским самолетам. Их скрывали деревья, из глубины леса подъезжали машины — шла загрузка.
Выбрал двух перекуривающих техников. Любопытство разбирало, но все же прямо спросить не решился.
