Дождь в Токио полностью

– Забираешься по аварийной лестнице на шестой этаж. Там расположен торговый центр с личным лифтом, на котором доедешь до пентхауса.

– В экстренных ситуациях это лифт разблокируется и воспользоваться им может кто угодно, – добавляет Чиёко. – Он доставит тебя прямо к Каваками.

– Откуда вы знаете такие подробности? – с сомнением уточняю я.

– Ямамото показал нам план здания, – объясняет Таску.

– Как насчёт отключения электричества? – пищит Ая, нервно грызя ногти.

– У башни Раион есть собственный электрогенератор.

– Мы с Таску останемся у лодки, но, если тебе понадобится помощь, дай нам знак, – гейша протягивает маленькую размером с ручку сигнальную лампу. – Посвети в окно, и мы сразу поднимемся к тебе.

– У нас есть оружие, – сообщает Таску.

– Спасибо.

Решительно снимаю спасательный жилет. Ая возится с застёжками, но я твёрдо заявляю:

– Нет. Пойду одна.

Удивительное дело, но она не спорит.

– Хорошо. Но почуяв малейшую опасность, ты сразу же уйдёшь или дашь нам знак – поняла?

– Поняла.

Обняться невозможно – лодку сильно шатает – поэтому мы складываем ладони в сердечко.

Таску направляет лодку к пожарной лестнице и, прищурившись, смотрит вверх.

– Из-за воды сложно сказать, на какой высоте мы находимся. Ты поймёшь, что на правильном этаже, когда увидишь первую табличку «Выход».

– Окно открыть легко, нажми на ручку и всё, – добавляет Чиёко. – Поднимаясь, будь осторожна. Перекладины наверняка скользкие.

Глубоко вздохнув, Ая берёт меня за руку:

– Кентаро очень повезло, что ты – его девушка. Гамбаттэ, Малу-чан. Прошу, береги себя.

– Р-разрешить задать глупый вопрос?

– Всегда пожалуйста.

– Как думаешь, я произведу на отца Кентаро хорошее впечатление? От меня воняет, одежда вся грязная. Лицо жирное… ещё и эта проклятая щербина!

Таску нетерпеливо перебивает:

– Ты ведь носишь это, – он указывает на подвеску, подаренную родителями Коки. – Каваками сразу поймёт, что общается с особенным человеком.

– Не верю, что говорю это, но Таску прав, – подмигивает Ая.

– Мужайся, дорогая! – подбадривает Чиёко, помогая мне встать. – Сосредоточься на миссии и не думай ни о чём другом.

Хватаюсь за первую ступеньку и лезу наверх.

– И ни в коем случае…

Дрожа, жду, что ещё скажет гейша.

– Не смотри вниз.

Спустя пятьсот ступенек, стоя в роскошном лифте, принадлежащем семье Каваками, я замечаю над головой комара. Опьянённый запахом пота, он не обращает внимания на мои попытки отмахнуться. Судя по красному брюшку, комар уже попировал.

– Ну, погоди, – угрожаю я, готовясь его прихлопнуть.

Но передумываю.

– Ты сопровождал меня всю дорогу?

Он восторженно пищит.

– Мне не помешает кто-нибудь, приносящий удачу. Не придётся разговаривать с Дарт Вейдером в одиночку.

Лифт ползёт всё выше и выше – и я нервничаю всё сильнее и сильнее. Прикусив щёку, покачиваюсь с пятки на носок.

Двери открываются. В теле столько адреналина, что я хочу зарычать. Но вместо боевого рёва из груди вырывается почти бесшумное: «Вау».

Рубиново-алый шёлковый ковёр. В конце коридора импозантные двойные двери.

В замешательстве посмотрев на свои мокрые кроссовки, решаю снять их в лифте.

Под аккомпанемент комариного писка на цыпочках иду к дверям. Жму на кнопку звонка: от волнения меня бьёт дрожь.

Раздаётся трель.

Шаги.

Кайто Каваками так же красив, как Кентаро, только в его облике чувствуется какаято несвежесть, из-за чего я невольно вспоминаю о вампирах. Открыв рот, таращусь на высокого мужчину: в одной руке у него стакан виски, в другой сигарета. Халат королевского синего цвета явно дороже всех вещей, которые у меня когда-либо были.

– Чего ты хочешь?

Округляю глаза – даже голос у него как у Кентаро.

Носа касается холодный дым от сигареты: букет лесных ароматов.

– Пришла за едой? Не по адресу. И передай своим дружкам-нахлебникам, что я не банк и не ресторан быстрого питания. Ты – последняя, кому я сегодня открываю дверь.

Мозг у меня начинает работать в штатном режиме.

– Прошу прощения за беспокойства, – с глубоким поклоном говорю я. – Меня зовут Малу. Очень приятно с вами познакомиться.

Японское приветствие оставляет отца Кентаро равнодушным. Он не собирается отвечать на мой поклон.

– Мы с Кентаро учимся в одном классе, – продолжаю я.

Оглядев меня с головы до ног, он уничижительно усмехается:

– Сын правда пытается меня наказать.

Внутри всё сжимается.

– О-он дома?

– Нет, я его не видел.

– С тех пор, как произошло землетрясение? – в шоке спрашиваю я.

– Узнаю акцент, – замечает Кайто Каваками и переходит на немецкий язык: – Моя жена родом из Германии.

– П-понятно.

Он делает затяжку: из ноздрей струится белый дым.

– Она сейчас в командировке.

Опускаю глаза, желая скрыть, что мне известна правда.

– Скажите, Кентаро вам звонил или писал?

– Нет, – его голос звучит хрипло и холодно. – Подозреваю, что он опять пропадает у тех стариков.

Сердце ёкает.

– Вы имеете в виду оба-чан и одзи-сана?