Ледяная вода вернула ей сознание. Лелиана подумала, что её выбросили в море, и она идёт ко дну. Но вода кончилась, в нос ударил запах крови, а на губах остался вкус железа. Её схватили за волосы и ударили лбом о холодный камень. Глаза были полуоткрыты, но ничего не видели. Руки оказались свободны и против воли слабо пытались сопротивляться, но через миг их схватили и заломили. Бок горел, но был грубо перевязан, чтобы Лелиана не истекла кровью раньше времени.
Её пока не убьют. Её хотят выдать как шпионку или как предательницу, и лишь тогда казнят на всеобщем обозрении… но Лелиане уже не было до этого дела. Она не могла думать ни о чём, пока её били, хлестали плётками, снова окатывали водой, чтобы через миг опять ударить и придавить тяжёлым сапогом к полу. Она не могла думать ни о чём, кроме…
Маржолайн… Маржолайн… Маржолайн…
Казалось, она шептала это вслух, но губы так распухли, а язык еле ворочался в крови, наполнившей рот, что Лелиана не могла произнести ни звука, даже чтобы закричать от боли. Её схватили за шею и приподняли над полом. Лелиана с дрожью ждала нового удара и беспомощно висела, как тряпичная кукла. Кукла, у которой кукловод перерезал все нити, и не осталось ничего. Ни единого островка, на котором она могла бы укрыться от боли. Ничего. Пустота. Лелиана ждала удара, но его не последовало. Её бросили, и Лелиана мешком повалилась на твёрдый пол, снова погружаясь в спасительную темноту.
Она пришла в себя уже в камере. Камень холодил её щёку и ладони. Лелиана не знала, сколько прошло времени. Солнечный свет яркого дня проникал сквозь решётку в потолке её темницы. Лелиана не видела света. Слёзы жгли глаза, а распухшие губы шептали:
— Маржолайн… Маржолайн… почему?
— Хуже, чем смерть, верно? Когда тебя предаёт тот, кто был тебе ближе всего, — прозвучал тихий женский голос.
Лелиана резко распахнула глаза и попыталась вскочить, но, вскрикнув от боли, лишь перевернулась на спину и посмотрела на решётку в потолке у дальней стены камеры. Свет ударил в глаза и ослепил. Последние слезинки скользнули из-под ресниц.
— Кто?..
— Я друг, — поспешил заверить голос. — Я могу помочь, но выбраться тебе придётся самой. Я не смогу пройти к тебе.
— А надо ли?
— Ты не первая, кого использовала Маржолайн. Она умеет пользоваться слабостями других: твоей молодостью, самоуверенностью… верой.
— Зачем мне что-то делать? У меня ничего не осталось. Она всё забрала! — Лелиана царапнула каменный пол и пожалела об этом, её ногти тоже были в уже засохшей крови и болели.
— Это не так. Я знаю, ты ощущаешь себя одинокой, возможно, с непривычки. Но ты не беззащитна. Ты можешь помочь людям, даже когда сама находишься на дне. И это источник силы, который я даже не могу описать.
— Зачем мне это делать? — горько усмехнулась Лелиана.
— Ты не одна, Лелиана. У тебя есть друзья, которые ждут твоей помощи.
— Таг… Скетч…
— Здесь есть и другие люди, которых мучает Харвен Ралей. Они погибнут без твоей помощи, — сквозь прутья решётки в камеру упал тканевый свёрток. — Да убережёт тебя Создатель, Лелиана.
— Создатель не убережёт.
— Он смотрит. Я верю, — сказал голос, потом послышался ещё какой-то шёпот со стороны, но Лелиана не разобрала слова, — Мне нужно уходить. Не теряй надежды, Лелиана. Вставай…
Лелиана не хотела ничего слушать. Она не хотела вставать.
— Кто ты вообще? Ты слышишь?
Но ответа так и не последовало. Лелиана снова была одна. Её взгляд упал на свёрток, освещённый дневным летним солнцем. Под светом было так тепло, вопреки холоду и мраку темницы. Лелиана нашла в свёртке кинжал, ключ и пузырёк с рубиновой жидкостью. Она видела такие раньше — магическое целительное зелье.
Кто… — снова подумала она. — Зачем мне делать то, что она говорит? Но воспоминания о друзьях вдруг нахлынули с новой силой. Таг! Скетч!
Лелиана с большим трудом сняла с пузырька пробку повреждёнными ногтями и выпила содержимое до капли. Потом подумала, что стоило приберечь немного для друзей, но было поздно. Пузырёк был слишком маленьким.
Какое-то время Лелиана ещё не могла встать. Пришлось ждать, когда зелье начало хоть немного снимать боль, накопившуюся за дни в этом страшном месте, но на полное исцеление времени не было. Таг! Скетч! Лелиана с сомнением посмотрела на ключ и вставила в замочную скважину. Дверь отворилась.
На первого стражника Лелиана налетела с яростью дикого зверя и проткнула кинжалом горло. Потом взяла его булаву и бросила в лицо тому, кто прибежал на шум. Он отвлёкся и успел лишь наполовину вынуть меч из ножен, когда кинжал рассёк ему лицо, ослепил глаза и пронзил сзади шею. Едва Лелиана успела подобрать меч, как боковая дверь распахнулась и вышли ещё двое. За их спинами у дальней стены виднелось бледное лицо Скетча.
— Лелиана, осторожно… — прохрипел он.
