Видя близкую смерть Чейза, Элисса нашла силы приподнять раненую руку и сунуть её в сапог, где в ремнях покоился сильверитовый кинжал. Мгновение — и коса, ставшая оковами, отрезана. Второе — Элисса вскочила на ноги и рассекла воздух по дуге кинжалом, твари отпрянули. Третье — кинжал проткнул шею генлока, занёсшего над мабари топор.
А затем раздался грохот. Оранжевое и пурпурное завертелось вокруг. Повсюду мерцали всполохи, вспышки. Злая магия крушила всё. Убивала всех, кого касалась. Рёв архидемона закладывал уши. Он не щадил никого. Едва дракон почуял, что близок к смерти, едва увидел, что Серый Страж готов занести над ним меч, чтобы спасти от порождений тьмы Ферелден и свою любимую, как призвал всю свою тёмную магию и посеял разрушение.
Тишина…
Щека горела огнём. Металл доспехов впивался в плоть. Туника Стражей на боку казалась набитой иголками в том месте, где коготь разодрал кольчугу. Липкая влага текла от макушки по виску, спускалась по щеке на шею, пропитала одежду на груди. В ушах стоял чудовищный шум. Стоило тряхнуть головой, как её словно пронзали стрелой. Рука едва шевелилась. По привычке потянулась к ножнам, но те были пусты. Элисса оглянулась вокруг в поисках меча. Любого.
Каменные потрескавшиеся плиты вымазаны в крови. В воздухе летал пепел и запах горелой плоти. Тела лежали повсюду. Одни ещё были живы, другие отмеряли последние вдохи, а иные уже превратились в мёртвые куски изуродованной плоти. Меча рядом не было. Ни одного.
Алистер? Винн? Стэн?
Их раскидало в разные стороны. Винн лежала на разбитых ступеньках среди пыльных поалевших камней. Её рука всё ещё сжимала посох, а пальцы подрагивали. Стэн сидел у противоположной стены, словно просто отдыхал, и не двигался. Он не выпустил своего меча. Больше нет. Кунари вцепился в свою «душу» и более никогда её не отпустит, покуда дышит. Эамон стонал недалеко. Свежая кровь сливалась с красной сталью его брони, шлем с головы был сорван, а веки дрожали, глаза усиленно пытались вглядеться в багровые облака.
Алистер лежал лицом вниз и хрипло дышал горячим душным воздухом, не открывая глаз. Он попытался приподняться на локте, чтобы стало полегче, но упал в приступе боли, едва не теряя сознание. Он мог встать, мог это побороть, но требовалось время, и оно утекало под рёв раненого архидемона.
Осквернённый дракон рыл каменную кладку когтями, выл и в припадке неконтролируемой ярости размахивал исполинскими крыльями, изо всех сил цепляясь на жизнь. Они все были ранены. Оставалось немного. Оставался последний шаг. Либо за архидемоном. Либо за ней.
Горячие искорки и пылинки пепла всё ещё летали в воздухе. Обжигали лицо и руки. Элисса привстала на одно колено и вскрикнула. Через три тяжёлых выдоха, покачиваясь, она поднялась на ноги, не обращая внимания на собственные стоны и шум в голове. Она видела свой меч. Он был воткнут в плоть порождения тьмы между ней и архидемоном. Кто-то пытался ей его вернуть. И теперь она видела его. Видела.
Всё то время, что Элисса провела со своими друзьями… их поход, битвы на грани жизни и смерти, улыбки после победы, простые радости, разговоры вечером у костра, ужины под звуки лютни и истории каждого из них… затем поцелуи, объятия и ночи с любимым… Элисса ни о чём жалела. Она знала, что нужно делать. Долг превыше всего. Элисса всегда это знала… и она думала, что будет легче. Когда у неё ничего не осталось, это было легче, когда ничто, кроме долга, не держало в жизни, это было легче. Теперь же, глядя на товарищей, как они медленно приходят в себя, она вспоминала время с ними, вспоминала свои мечты о будущем… и это было невыразимо больно.
Элисса видела меч перед собой. Между ней и архидемоном. Ещё немного. И всё будет кончено. Страха нет. Страх для тех, кто будет жить. Ещё немного.
Алистер изо всех сил пытался подняться и с помутневшим взглядом шарил руками в поисках оружия. Он не видел Элиссу. Ничего не видел, но она его видела. Смотрела взглядом, полным невероятной любви и нежности, под оглушающий рёв архидемона.
Прости… любимый.
Элисса выдохнула и шагнула вперёд.
— Бей без опаски, — голос позади заставил её замереть.
— Морриган?
Колдунья спокойно стояла перед ней в той же одежде, в которой когда-то впервые встретилась ей в Диких землях. Она спокойно стояла посреди тел и крови и смотрела внимательным взглядом золотых глаз.
— Удивленье в твоём голосе сквозит. Оно понятно, — улыбнулась краем губ колдунья. — Но разве ж я не обещала, что твой путь с тобою до конца пройду?
— Морриган, ты… — начала Элисса, но колдунья вскинула руку и перебила.
— И раз уж это наша последняя встреча, позволь сказать… До нашего знакомства я не знала, что такое дружба. И теперь всегда буду её ценить… Лёгкой жизни тебе, друг мой. Славной жизни!
«— Морриган, подожди.
— Чего тебе, Алистер? Разве ж вы не решили всё?
— То, что ты предлагаешь, это правда поможет? Спасёт её? Не навредит?
— Я слово тебе даю. И клянусь моею дружбой с ней.
— Тогда я… я согласен».
— …А теперь покончи с этим.
Элисса на миг застыла в удивлении, глядя на улыбку колдуньи, а затем кивнула и устремилась к своей цели.
