Винн показала раскрытую книгу — страницы были сплошь исписаны сложными символами и непонятными словами.
— Можешь попытаться. Пока это ещё никому не удалось, — улыбнулась чародейка.
***
Слишком тихо. Даже крики из комнаты Истязаний замолкли. Темнота и тишина. Башня словно вымерла, или это он, Каллен, наконец-то умер? Храмовник потёр вспотевшую шею, где ещё бился пульс. Не умер. Он всё ещё сидел в ловушке. Стены клетки по-прежнему не поддавались и давили, мешали дышать. Почему он ещё не умер?
Снова и снова к нему приходила демоница желания и принимала облик дорогих ему людей, воскрешала картину гибели друзей. Каллен гнал её. Каллен молился, но Создатель ему не отвечал. Почему Он ему не отвечал? Демоница ушла и больше не появлялась, но к нему стали приходить маги крови и мучить его, запускать свои мерзкие пальцы в его сознание, бередить болезненные воспоминания и издеваться.
Некоторых он узнавал. Он видел, как они жили в башне, ходили на занятия, читали в библиотеке, стараясь не замечать присматривающих за ними храмовников. Всё это время… всё это время малефикары были рядом, а Каллен не заметил! Все они лишь ждали часа, чтобы выпустить свою чёрную магию и смертельной бурей пройтись по башне, убивая всех. Они убили его друзей. Тогда почему не убили его? Каллен просил их об этом, но маги лишь глумились и упражнялись на нём в магии крови, заставляли его раны гореть, а тело дёргаться в конвульсиях, вынуждали его видеть то, чего он видеть не хотел. Они мстили ему за всех храмовников, что годами охраняли эту башню. Как Каллен раньше мог сочувствовать магам? Невозможно. Магия — это разрушение.
— Здесь храмовник, — услышал Каллен голос и поднял голову.
В комнату вошли несколько человек. Каллен не понял, сколько, в глазах рябило от свечения двух посохов. Снова они. Они пришли его мучить.
— Опять всё тот же трюк? — проскрежетал он сквозь зубы и едва узнал свой осипший голос. — Убирайтесь! Вы одолели остальных, но я выстою, ради себя… ради них…
— Мы не враги тебе, — сказал воин с мечом у пояса, возле него сидел мабари и с любопытством оглядывал храмовника, но Каллен больше не попадётся на это. Они все враги. Маги крови и иллюзии, созданные ими.
— Хватит иллюзий! — вскричал он. — Если в вас осталось хоть что-то человеческое, убейте меня. Прекратите эту игру!
— Мальчик совсем обессилел, и эта клетка… в жизни не видела ничего подобного, — сказала пожилая чародейка. Она даже не пыталась скрыть робу мага и посох. — Успокойся. Мы тебе поможем.
От её мягкого тона Каллен отшатнулся как от заразы. Демоница тоже сначала говорила мягко, обещала помощь, а потом издевательски смеялась. Нет, больше Каллен на это не попадётся.
— Убейте меня, — снова попросил он.
— Нет, — вперёд вышла молодая женщина, совсем девушка, присела к клетке и положила на неё ладонь. — Если это в моих силах, я помогу тебе.
Каллен посмотрел ей в глаза. Они были другими — не такими, как у магов крови. Ему хотелось ей поверить.
— Ты… реальная? Ты не маг?
— Да, — кивнула она без тени смеха.
— Хорошо… это хорошо, — Каллен поднялся с пола. — Тогда ты убьёшь этих магов? Этот этаж сплошь заполонили малефикары. Их… много… я не знаю, очень много. Ты убьёшь их?
— Малефикары мертвы, — кивнула девушка, тоже поднимаясь.
Каллен обратил внимания на её одежду — вся в крови. Девушка не обманывала.
— Ты знаешь, где другие маги? — вдруг спросила она.
— Какие ещё другие? О ком ты говоришь?
— Об Ирвинге и прочих магах, которые сражались с Ульдредом, — вмешалась чародейка.
— Забудьте! Нет никаких других! — Каллен вспомнил режущие крики из комнаты Истязаний и вздрогнул. — Остались только чёрные маги! Ты должна убить их, их всех!
Но, вопреки надеждам Каллена, девушка помотала головой:
— Нет. Остались ещё невинные. Я не стану их убивать.
— Маги не могут быть невинными! — Каллен схватился за голову. — Ты хоть представляешь, что они делают? Они убивают других, роются в твоей голове, терзают, заставляют подчиняться, привлекают демонов! Если ты оставишь хоть одного мага в живых, все окажутся в опасности! Ведь… — Каллен вспомнил лица знакомых ему магов, которые оказались врагами, — ведь мага крови с виду не распознать! Если останется хоть один, он может подчинить короля или Владыку Церкви!
— Его ненависть к магам так сильна… он слишком хорошо помнит, как погибли его товарищи, — с горечью заметил стоявший позади воин.
Каллен снова хотел разразиться праведным гневом, но увидел, как воин применил способности храмовника на клетке. Та не дрогнула, как и всегда. Однако Каллен осознал, что перед ним необычные люди. Воины, чародеи и храмовники, действующие сообща. Вот как они добрались сюда, чего не смогли сделать поодиночке ни храмовники, ни маги.
Каллен снова посмотрел на девушку. В свете посохов он заметил её испещренное порезами лицо и усталые глаза, полные боли и сочувствия.
— Ты не знаешь, что они… — снова попытался объяснить Каллен, уже сам не веря в силу своего убеждения.
