Сначала заканчиваются дома. Потом кусты и вязы. Потом земля. Остается лишь чистый желтый песок, уходящий в озерную глубину, как стрела. Острие указывает на неказистое сооружение из темного камня. Солнечные лучи вырисовывают тенями остатки обколотого символа, рядом с которым намалеван краской кривой номер.
– Видишь?
Эрин показывает на развалину.
– Это… – Робби щурит глаза, выискивая в пляске теней и трещин скрытый смысл. – «Корень».
– Корень тринадцать?
– Корень тринадцать. И хрен знает, что это значит.
Чтобы добраться до торчащей из воды постройки, приходится арендовать у местных лодку. Бабуля-рыбачка в закатанных до колен джинсах и яркой ветровке забирает мелкую купюру. Снимает с цепи навесной замок, освобождая старую лодчонку.
– Туристы, штоль? – интересуется дежурно.
Эрин подтверждает:
– Ага. Старую башню в озере глянуть хотим.
– Вы там осторожнее, ребятки, – предупреждает бабуля. – Снаружи глядите, а внутрь не лазайте.
Эрин воодушевляется:
– А что, можно внутрь пробраться?
Робби тихонько толкает ее в бок. Спрашивает:
– Почему не лазать? Стены обвалятся?
– Не, стены крепкие. – Бабуля машет загорелой рукой. – Просто змеи там.
– Какие еще змеи?
– Куча змей. Гнездо у них внутри. Большие, мелкие… Комом свились, гады, и лежат. Я заглянула как-то. Жуть! Так что не лезьте, ребятки.
Лодка отчаливает.
Мерно плещут по воде весла. Эрин вызвалась грести, и это у нее отлично получается.
– Ты вез меня до Лино, теперь моя очередь. – Она вздыхает, прикрывает глаза, подставляя лицо ветру. – А знаешь, тут на озере плохие воспоминания в голову не лезут. Наверное потому что я всегда хотела поплавать по нему, но мне не разрешали, а теперь получилось, хоть повод и не самый лучший. И вообще, дело не в месте, а в компании.
Робби склоняет голову к плечу. Смотрит внимательно.
– Считаешь меня хорошей компанией?
– Вполне. – Эрин отпускает весло, чтобы почесать нос. – Никогда не думала, что скажу такое, но мне нравится в Лино. В ненавистном Лино! Потому что я с тобой. – Она улыбается. – Что тебя так смутило?
– Хорошая компания, – повторяет Робби, смакуя слова. – Лишь несколько человек из «Черного поколения» знали, что я дракон. Все остальные… Думаю, им бы компания дракона не понравилась. Мы ведь сродни тем… Как там лодочница их назвала? Гадам?
– Не очевидно. – Эрин выравнивает курс лодки, налегая на левое весло. – По эту сторону Стены ты такой же человек, как все остальные. Тебя не отличить от обычного парня, глаза только выдают. Ночью.
– От них не избавишься, как от зубов, – признается Робби.
– Ты избавился от зубов? – От удивления Эрин чуть весло не теряет.
– Да. Первым делом. Мне казалось, что с ними я слишком сильно выделяюсь из толпы. И знаешь, в чем ирония? У некоторых парней в «Черном поколении» оказались импланты клыков. Фишка такая.
– Зря менял?
– Точно. Зря…
Лодка гулко утыкается носом в камни. Тянется наверх железная лесенка из скоб. Черной дырой открывается в замшелой стене отверстие.
Эрин приматывает цепь к нижней скобе, складывает весла, прислушивается.
– Как думаешь, там правда змеи есть, или она просто так пугала нас, чтобы по развалинам не шастали?
– Не чувствую их, – говорит Робби. – И не слышу. Там очень тихо. Хотя… – Он замирает, весь внимание. – Ветер гудит. Там есть какой-то ход.
– Ну и отлично!
Эрин первой выбирается из лодки, залезает на край проема, зажигает фонарик на телефоне и ждет Робби. Брызги воды блестят на ее кожаном рукаве, как драгоценные камни. Дракон в мгновение ока оказывается рядом.
Они смотрят внутрь башни, что уходит вниз колодцем метра на два. Тусклый свет очерчивает пятно подмокшего песка. Пахнет прелыми водорослями, сыростью и гнилью. Трухлявым пнем. В округлой стене чернеет дыра. Робби не ошибся насчет хода.
Он первым спрыгивает с края. Подошвы тяжелых ботинок на удивление бесшумно касаются засыпанного мелкими песчинками пола.
– Нет тут гадов никаких, – подтверждает он. Нюхает воздух, морщится, подковыривает мыском останки засохшей рыбины. – По крайней мере, живых.
– Если бы и были, думаешь, меня бы это остановило? – Эрин тоже спрыгивает. Светит фонариком в мрачный проход и с руганью отступает. – Пипец! Что за дерьмо такое? Вот она о чем…
Глаза Робби настороженно вспыхивают. Он старательно внюхивается в жадную темноту, из которой слабенький фонарь выудил гибкий узор каких-то переплетений. Будто десяток змей поменьше сплелся в узел и приник к косе из больших…
– Это не змеи, – говорит наконец дракон. – Это какие-то корни.
«Мама, сегодня машина от поставщиков не пришла… Мы не сможем выставить на витрину наборы ластиков со смайлами и фруктами… Малыши из школы напротив снова спросят про них и расстроятся… Ты слышишь, мама…»
Какое-то время назад все исчезло.
Тьма сомкнулась над головами, поглотив будущее и прошлое, поглотив реальность и свет, смешав все со сном.
Алисана открывает глаза. Перед ними серебристая паутина треснувшего стекла и ее собственные волосы, стекающие золотым водопадом куда-то вниз.
– Мама…
Ремень пережимает грудь и живот с неистовой силой.