Илона решила, что деньги — это хорошо, но жизнь и свобода дороже, и сбежала с любовником. Она была очень предусмотрительной, и наверняка спрятала часть своих драгоценностей. Какое-то время она сможет прожить, ни в чем не нуждаясь.
Поправив подушку, я прикрыла глаза и попыталась заснуть. Я даже не подозревала, как сильно я ошибаюсь.
Праздничное утро выдалось серым и пасмурным. В окно стучал мелкий дождь, вызывая одно желание: укрыться теплым одеялом и подремать еще часок.
Но этого мне не позволили. Госпожа Ренси поднялась с рассветом, чтобы лично проследить за приготовлениями дочери к балу. Сейчас она сидела в кресле, наблюдая, как служанки суетятся вокруг меня. Одна затягивала шнуровку корсета, чтобы моя талия казалась тоньше, другая протерла лицо травяным настоем и побрызгала духами, от которых захотелось чихать, третья держала в руках расческу и ленты, чтобы уложить волосы.
Я чувствовала себя куклой, которую наряжают к празднику. И, хотя в глубине души, была уверена, что планы «матушки» пойдут прахом, решила не сопротивляться. Мне не трудно провести один день в компании незнакомых людей, а Айрин станет чуточку счастливее.
— Неплохо, неплохо, — прищурилась госпожа Ренси, когда служанки одели и причесали меня. — Только на шею нужно цепочку или колье.
Я провела рукой по груди. Действительно, вырез у платья довольно низкий. Горничная Лита вытащила из шкатулки несколько серебряных цепочек, но хозяйка дома только покачала головой:
— Не подходят. Сюда нужно золото и драгоценные камни.
Девушки принялись рассматривать украшения. Я даже не повернулась к шкатулке, потому что прекрасно помнила — ни тяжелого колье, ни золотой цепочки с подвеской там не было.
— Думаю, придется обойтись без них, — шурша платьем, я направилась к выходу из комнаты, но меня остановила госпожа Ренси.
— Мирабель, примерь это.
Она сняла с шеи овальный медальон, украшенный россыпью мелких бриллиантов, и протянула его мне.
— Матушка, что вы, — запротестовала я, — не нужно. Это очень дорогая вещь.
— Разумеется, это фамильное украшение, — пальцы Айрин чуть дрогнули, — всё, что осталось от наследства моей матери. А сейчас я хочу подарить его тебе. Пусть оно принесет тебе счастье.
Я кусала губы, не зная, что сказать, и чувствовала себя предательницей. Айрин, так любившая драгоценности, решила расстаться с самой ценной из них ради дочери. Но я же не настоящая Мирабель! Могу ли я принять такой подарок?
Пока я колебалась, госпожа Ренси ловко застегнула цепочку на моей шее и приказала:
— Повернись к зеркалу. Как тебе?
— Великолепно, — пробормотала я, касаясь рукой медальона. Потом повернулась и обняла женщину, — большое спасибо!
— Ну, мне замуж не выходить, — усмехнулась Айрин. — А ты должна выглядеть как можно лучше. Пошли, Мирабель, мы опаздываем.
Я расправила складки платья. Чего-то не хватало. Словно, любуясь новым украшением, я забыла о чем-то важном.
«Осколок статуэтки, — пронеслось в памяти, — он остался в кармане старого платья. С другой стороны, зачем он мне на балу? Вряд ли кто-то нападет на Мирабель Ренси».
И все же я чувствовала себя неуютно. За последние дни я привыкла к тому, что осколок — а с ним и возможность пользоваться магией — всегда при мне. Но в бальном платье не было карманов. Сумочек местные дамы не носили. Куда мне спрятать разбитую статуэтку?
Я машинально сжала в руке медальон, и тот раскрылся. Решение было найдено.
— Матушка, идите вперед, — обратилась я к госпоже Ренси. — Я вас догоню.
Дождавшись, пока служанки и Айрин покинут комнату, я бросилась к висевшему на стуле старому платью и вытащила осколок. Улыбнулась, почувствовав приятное тепло.
«Мы отправляемся на бал», — мысленно произнесла я, как вдруг мои пальцы ощутимо кольнуло. Не больно — впрочем, я не верила, что статуэтка может причинить мне вред — скорее, предупреждая о чем-то.
«Что случилось?»
Ответа не последовало. Осколок казался таким же, как и прежде, но я ощутила смутную тревогу. Как при появлении первого облака на голубом небе.
«Это из-за бала? — вдруг осенило меня, — мне не стоит туда ехать?»
И снова вспышка боли, словно я уколола палец иголкой.
— Мирабель, ты идёшь? — донёсся до меня голос хозяйки дома.
Вздрогнув, я убрала фарфоровый осколок в медальон, и поспешила за госпожой Ренси.
***
Настроение испортилось. Не то, чтобы я верила в какую-то опасность, угрожающую мне на балу. О моей связи с принцем—драконом было не известно. А сама Мирабель Ренси не представляла интереса ни для богачей, ни для охотников за приданым. Обычная девушка, каких много, пусть и вполне симпатичная.
И всё же, на душе было неспокойно. Будь я одна, наверное, отказалась бы от поездки на бал. Но Айрин Ренси, мечтавшая найти жениха для дочери, вряд ли поверила бы предупреждениям куска фарфора. Скорее, выбросила бы статуэтку и приказала мне думать о предстоящем празднике.
Карета быстро катила по неровной дороге. Порой попадались камни или выбоины, и тогда карету ощутимо потряхивало. Я смотрела в окно, с тоской вспоминала асфальтированные трассы в нашем мире.
