Когда Дир Ренси открыл дверь кабинета, пропуская меня вперед, я была так напугана, что даже не огляделась по сторонам. Просто зашла и, шурша платьем, опустилась на жесткий стул, стоящий рядом с широким письменным столом. На стене висели два портрета в золоченых рамах, но я не взглянула на них. Предстоящий разговор волновал меня куда сильней, чем предки семьи Ренси.
Но господин Ренси не торопился. Словно испытывая мое терпение, он подошёл к окну и раздвинул шторы, впустив в комнату солнечный свет.
— О чём вы хотели поговорить? — мой голос дрогнул.
Я сжала ладони, стараясь казаться спокойной. Каждая секунда казалась мне вечностью.
— Даже не знаю, как начать. Мирабель, ты умная девочка, и, надеюсь, не обидишься на мои слова. Речь пойдет о герцоге Раухе.
Меня буквально затопило чувство облегчения. Последний раз я испытывала подобное, сдавая экзамен по математике и вытащив единственный билет, который знала.
— С тобой всё хорошо, Мирабель?
— Да, — я медленно выдохнула, — голова закружилась. Сейчас пройдёт.
Голос мужчины доносился до меня, словно сквозь вату. Ничего странного в его словах не было — Дир говорил, что материальное положение семьи пошатнулось, поэтому они редко принимают гостей и сами куда-то выезжают. И, несмотря на то, что я — его единственная дочь, большого приданого у меня не будет.
— Твоя матушка слишком романтична, Мирабель. Она верит, что знатные люди женятся по любви, и ищет для тебя хорошую партию. Слишком хорошую, — подчеркнул Дир.
— Разве в меня нельзя влюбиться? — обиделась я за Мирабель.
Бедная девочка, которой с детства внушали: «по одежке протягивай ножки». Может, поэтому она и не старалась достичь успеха в Академии? Зачем учиться, если тебя все равно ждёт замужество с кем-то из небогатых дворян, старый особняк и куча детей?
— Я этого не говорил. Но герцог Раух — последний, на кого тебе стоит рассчитывать.
— И не собираюсь, — буркнула я. — Но почему вас беспокоит Его Светлость? Он не сделал мне ничего дурного, напротив, оказал честь, предложив опереться на его руку.
О поцелуе в щеку я предпочла не упоминать. Мало ли что пришло в голову герцогу, после лишнего бокала вина. Звездная ночь, балкон, хорошенькая девушка рядом — как удержаться от лёгкого флирта?
Дир Ренси немного помолчал.
— Возможно, мне не стоит этого говорить. Но я надеюсь на твое благоразумие, Мирабель.
Я кивнула.
— Его Светлость очень близок к трону. Он мог бы стать наследником, но король, по некоторым причинам, его недолюбливает. Поэтому герцог ведет себя осторожно. Любой ложный шаг может стоить ему свободы, а то и головы. Ты же слышала о недавнем покушении на принца? Айрин рассказывала об этом.
Я похолодела. Неужели герцог причастен к нападению на мою Пару?
— Так вот. Если принц умрет, герцог Раух станет наследником трона. Но, если возникнет хоть малейшее подозрение, что смерть принца насильственная, то, ни знать, ни народ герцога не поддержат. В стране начнётся гражданская война.
Я тяжело вздохнула. Только этого и не хватало для счастья!
— Чтобы укрепить свои позиции, герцогу нужно жениться на принцессе соседнего королевства, или, хотя бы, девушке из очень знатного рода. Но Раух отверг уже несколько брачных предложений. Не знаю, чего он ждет, но уверен — он не женится на бесприданнице, как бы красива она не была.
Я поправила висевший на груди медальон. Дир Ренси напрасно боялся, что сиятельный герцог вскружит дочери голову. У меня уже есть человек, который мне нравится. Но я была благодарна мужчине за заботу.
— А если в Ристании появится его Пара? — вслух подумала я, и, поймав удивленный взгляд отца Мирабель, продолжила, — принц, ведь, нашел свою половинку.
— Вряд ли появление Пары что-то изменит, — усмехнулся Дир. — Власть, тем более, неограниченная, для некоторых важнее счастья. Так что забудь о Раухе, Мирабель.
Гордо вскинув голову, я собиралась сказать, что герцог меня совершенно не интересует, как вдруг мой взгляд скользнул по висевшим на стене портретам. Седовласый мужчина, изображенный на одном из них, был мне незнаком. А вот второй…
Загорелое лицо в рамке иссиня—черных волос могло принадлежать кинозвезде из нашего мира. Карие глаза, казалось, смотрят прямо в душу. В уголках рта притаилась улыбка, которую я так часто видела, когда подходила ближе и склоняла голову ему на плечо…
— Макс, — прошептала я, рассматривая портрет сквозь навернувшиеся слезы. — Макс… Как же так… Откуда ты здесь…
Меня с силой встряхнули за плечо.
— Мирабель? Что с тобой?
С трудом оторвав взгляд от портрета, я повернулась к Диру Ренси.
— Отец? — я впервые так назвала мужчину. — Откуда у вас этот портрет? —
Не отвечая, Ренси провел рукой по моему лбу.
— Жара нет. Ты вдруг так побледнела, Мирабель. Я испугался, что ты лишишься чувств.
— Портрет, — настаивала я. — Кто этот молодой человек? Наш родственник?
Дир Ренси равнодушно взглянул на портрет.
— Ты, похоже, многое забыла, дочка, — добродушно отметил он. — В каждой знатной семье висят портреты правителей. Это Его Величество, и его сын, наследник престола.
***
