— Ты влюблена, понимаю. Но так же понимаю, что унять боль могут лишь другие чувства. Позволь мне заботиться о тебе, Анотариэль, — он погладил меня по лицу. Но этот жест не рождал тех чувств, что вызывали касания владыки. — Чувства Ролдхара, скорее всего, продиктованы действием артефакта. Они схлынут, как только закончится отбор. Останется злость на собственную слабость… Я же потерял голову еще три года назад. Когда ты таинственным образом исчезла из моей постели. Не отвечай сейчас. Просто обещай, что подумаешь над этим. От тебя зависит безопасность стаи, лепесток.
Заметив, что мои глаза вновь наполняются слезами, Абелард поспешил перевести разговор в другое русло:
— Подарки возвращать не советую. Драконы разозлятся, и мне придется заниматься не государственной безопасностью, а дуэлями, — мужчина поднялся и весело улыбнулся. — Я, конечно, совсем не против отстоять честь своей избранницы и поработать кулаками, но лучше не дергать ящера за хвост без причины. Мой совет — начинай собирать собственную сокровищницу!
— Но я не драконица.
— Но сокровищница тебе все равно не помешает! — подмигнул он. — Так, утирай слезы, приводи себя в порядок и идем. Нас ждет леди Гленда. Пока ее дракон — ирд Холстен — занят с владыкой и ирдом Фаргсоном, мы сможем поговорить.
Проклятье! Смерть сестер и драконов!
Я мгновенно вскочила и скрылась в дамской комнате.
Ролдхар ард Нойрман
Владыка впервые за долгое время чувствовал внутренний покой. Зверь повиновался человеку и обрел с ним полное согласие. Теперь, когда он убедился, что Анотариэль отзывается на его чувства, так открыто и доверчиво тянется к нему, сомнений не осталось. Пусть сегодня поиграет в недотрогу, но уже завтра для них все изменится.
— Ролдхар! — окликнул знакомый голос, но владыка сделал вид, что не заметил. Аласана бросилась вдогонку и подстроилась под быстрый шаг жениха. — Остановись хотя бы на минуту, имей уважение!
— Именно из уважения к тебе, Аласана, я останавливаться не стану.
— Ролдхар! — она вцепилась в его рукав, заставляя остановиться, а затем втолкнула в первую попавшуюся дверь, оказавшуюся одной из читален. Осмотревшись, женщина сочла, что место подходит для разговора. Впрочем, она все равно блокировала любую магию, чтобы их нельзя было подслушать. — Я ведь ждала!
— Мне казалось, я четко дал понять свою позицию. Кольцо можешь оставить себе, это все равно лишь кусок металла и камень.
— Что? — фыркнула девушка. — Из-за этой пигалицы ты ставишь крест на нашем будущем? Мы с тобой пятьдесят лет!
Этот упрек ему надоел до зубовного скрежета, но в памяти всплыло нежное лицо Анотариэль и ее слова «если находиться рядом с кем-то так долго, то только по любви!». Любил ли он Аласану? Хоть когда-либо? Их связывал секс и… И больше ничего. Физически они полностью друг друга удовлетворяли, но Аласане за все время так и не удалось усмирить его зверя. Именно поэтому ему пришлось завести хранительницу. Другие пары, объединявшиеся по любви, обходились без них… Ему было удобно рядом с ней. Она приходила по первому зову, не требовала многого, никогда не трепала нервы. Никогда прежде. Но в последние месяцы все изменилось и постоянные намеки, а то и открытый шантаж их свадьбой откровенно бесили.
— Ты права. Потому, чтобы и дальше не портить друг другу жизнь, на этом и остановимся. Уверен, такая женщина, как ты, найдет себе обеспеченного и достойного покровителя.
— Покровителя? — прошипела она. — Думаешь, мне нужен покровитель?
— Мне все равно, если честно. Меня ждут дела.
— Вот, значит, как? А ты никогда не задавал себе вопрос, кто усмирял толпу? Кто прекращал слухи о том, что ты не способен контролировать зверя? Кто обхаживал совет, заставляя их сплотиться вокруг тебя, продолжать преданно тебе служить?
Ролдхар усмехнулся. Подобные заявления попросту нелепы.
— Ахот ирд Фаргсон. Что за очередной бред? Конечно, я из чистого альтруизма тебе помогу, поговорю с парнем, скажу, что ты просто хотел его припугнуть, но, Ролдхар, что ты делаешь? В каком свете ты себя выставляешь?
— Не смей, — прорычал владыка, — ставить под сомнения мои решения, Аласана. Решение по Ахоту — неизменно.
— Ты не понимаешь, какую ошибку совершаешь! Кому дорогу переходишь, Ролдхар! Это выше тебя и меня…
— О чем ты сейчас?
— Ирд Фаргсон не последний человек. Глава тайной службы, — лепетала женщина, тщательно изображая заботу о владыке.
— Который работает на меня.
— Да, но…
— Это все? — перебил мужчина, начиная терять терпение.
— Анотариэль Айнари, — холодно отчеканила Аласана изменившимся тоном. — Думаешь, ты все о ней знаешь? Готов вручить ей свое сердце? Твоя мама все мне рассказала…
