– Если ты про короля… – спокойно ответил граф, – то в этой стране уже выстроилась очередь до самого порта из людей, желающих вырвать и съесть его сердце… – он помолчал немного, – у тебя будет возможность его убить. Но он всего лишь гнусный червь, а вот Орлен настоящая угроза и для Драконьего Острова и для Фурина. Город рабынь, как сами орленцы его называют, руками рабов производит продовольствие для армии Кшанкшиза в двух днях пути от нашей границы. Если сумасшедший вождь захватит остров, а ему сейчас ничего не стоит это сделать, то у него будет выход в море и наш флот. Вот в чем сейчас наша забота.
– Ты прав, Кехр, – тихо ответила Василина, – это не умаляет моей вины, но ты прав… аббат, – она посмотрела на Марка, – нам нужно действовать быстрее. Её сын, он…
– Он в столице, – ответил Марк, – Румос найдёт его.
– Я верю тебе аббат, – кивнула Василиса.
– К дьяволу свиньему, – оборвал её граф, – сегодня мы должны быть у Леопольда – он снова придумал мне какое-то унизительное поручение. Сообщи, когда парень будет у тебя, времени в обрез.
Они вышли из кабинета и спустились по каменной лестнице. Аббат проводил их за ворота. Два монаха вывели лошадей. Граф и Василина запрыгнули в сёдла:
– Торопись, аббат! – сказал Дорес, но Марк молчал. Он смотрел ему за плечо и глаза его медленно округлялись.
– Марк! Какого дьявола, – огрызнулся граф, – куда ты там пялишься? – он развернул лошадь и взглянул в ту же сторону, – свиньи черти… – проговорил он, – этого нам сейчас только не хватало…
Король Леопольд Прекрасный второй раз за это утро попробовал приоткрыть левый глаз, но сумрак затемнённой спальни снова показался ему слишком ярким. Монарх застонал и опять зажмурился. «Проклятое эйборское вино – подумал он, – разве я мог знать, что оно при таком удивительном вкусе действует как худший яд? А может меня хотели отравить?»
– Э-э-эй! – закряхтел он, – э-э-э-эй! Кто-нибудь!
В эту же секунду перед кроватью появился слуга:
– Я тут, ваша светлость!
– Конечно ты тут, – прошептал король, – где мой лекарь?
– Я тоже уже тут, – отозвался выросший из-под земли придворный лекарь.
– А какого дьявола мне ещё так плохо, свинья, если ты уже здесь?
– Вы просили вас не беспокоить, ваша светлость…
– А-а-а, ты бестолочь… – вяло пропыхтел король, он всё ещё лежал с закрытыми глазами, потому что свет причинял ему боль, – послушай лекарь… мне кажется, что меня отравили…
– Ваша светлость, – учтиво поклонившись, ответил тот, – вчера вы выпили чуть ли не бочонок игристого эйборского вина. Ваше состояние после такого вполне закономерно и…
– Не считаешь ли ты, – оборвал его Леопольд, – что я дурак, и не знаю, что и сколько я пил?
– Конечно нет, ваша светлость!
– У меня ощущение, словно меня отравили… Дорес мог подмешать отраву в это чёртово вино… – король застонал, – о-о-о-о… поросячий дьявол! Давайте, может, повесим Дореса?
– В любой момент, когда пожелаете! – перед кроватью появился начальник охраны, Марс.
– Где он сейчас?
– Граф сегодня вернулся из Орлена, ваша светлость, и привёз ваших невольниц…
– Невольниц? – промычал король, – что ж ты молчал, идиот? Где они?
– В камерах с пятой по двенадцатую, ваша све…
– Ле-е-екарь, болван ты этакий… давай уже свои снадобья… и ванну!
Через несколько минут четыре здоровенных парня, отдуваясь, оторвали от кровати носилки с дряблым телом Леопольда Прекрасного, и переместили его в тёплую ванну с ромашкой, розовыми лепестками и растопырником. Самого короля напоили чудодейственными отварами, от которых его, впрочем, чуть не вырвало. И через час с небольшим по-прежнему страдальчески стонущий монарх смог приоткрыть левое веко. За левым вскоре был открыт и правый глаз, и после этого знаменательного события Леопольд всё же решил помиловать Дореса, великодушно даровав ему жизнь. На самом деле, граф оказался первым, кто вернулся из Орлена с наложницами. Трое до него где-то пропали или погибли. А граф смог ещё и женщин привезти. Пожалуй, он ещё может быть полезен.
– Казнить графа пока не будем, – простонал король. Марс нахмурился, – подготовьте мне женщин. И палач пусть тоже будет наготове.
– Слушаюсь, ваша светлость! – начальник охраны морщась удалился.
– А вы что стоите, недоноски? Откройте уже шторы! Дайте мне взглянуть на моё королевство!
