– Не плачь, малыш, – услышал он откуда-то сверху женский голос, – эй, Кехр! Этот тоже очнулся! Мы уже отдалились от деревни, давай остановимся!
– Нет! – оборвал грубый мужской голос откуда-то сбоку.
– Кехр! Ты же обещал!
– Что я снова такого наобещал сам того не подозревая? – гневно закричал мужчина.
– Ты обещал быть человечнее! – твёрдо ответил женский голос.
– Да, свиньи черти! Обещал на свою голову! И уже готов лишиться чести, отказавшись от этого безумного обещания! Но что я снова сделал не так? Я же почти никого не убил!
– Ты убил тех двух невинных людей!
– Эти невинные люди уже достали мечи и хотели убить тебя! Они были просто бандитами…
– Не перевирай, Кехр! Они даже не успели направить эти мечи в мою сторону, как ты снёс им головы!
– Поросячий дьявол!
– Не ругайся! Давай развяжем этих избитых тобой людей!
Где-то спереди Аксель услышал мычание и хрип и догадался, что это Рэнк.
– Заткни пасть, недоносок! – проревел мужской голос, и Аксель услышал глухой удар и за ним сдавленный стон, – иначе сравняю тебя с братцем по количеству глаз!
– Кехр, прекрати! Все! Мы останавливаемся! – женщина, которая везла Акселя, очевидно повернула с дороги и спешилась. Затем кто-то схватил Акселя за шкирку сзади и потянул вниз. Одежда затрещала, парня стянули с лошади и он с громким стоном упал на холодную землю.
– Кехр! – со сталью в голосе крикнула женщина сверху.
– Дьявол! Проклятая кошка! – рявкнул мужской голос в ответ. И Аксель понял, что он развернул лошадь и направился к ним. Через несколько секунд мешком гнилой капусты со страдальческим стоном и всхлипами рядом с ним упал Рэнк и чья-то рука сорвала с головы Акселя тряпку. Сначала он увидел Рэнка. На оба его глаза от переносицы уже расплывался тёмный бланш. Однако это были не все изменения в его внешности. Рот его был перевязан грязной тряпкой, которую он тяжело дыша, отчаянно сжимал челюстями. Зубов таких ровных и красивых стало меньше, нос был сломан, бледное лицо испачкано грязью, кровью и слезами.
– Чёрт… – тихо прошептал Аксель. Было похоже, что Рэнк не захотел ехать добровольно и чтобы его уговорить вся деревня от души колотила его несколько часов подряд. Кто-то сзади разрезал верёвки на его ногах. Затем его схватили за плечи и перевернули на спину. Тёмная фигура склонилась над ним, чтобы разрезать верёвки на руках. Голова у Акселя работала плохо. Он попытался разглядеть лицо, но не успел. Верёвки упали, человек освободивший Акселя, отвернувшись отошёл к лошади. В затекшие руки и ноги хлынула кровь, и парень ощутил болезненные уколы сотни игл. Аксель перевернулся на бок и попытался сесть. Голова у него закружилась, и он снова ощутил приступ тошноты.
– Вот это да… – слабо прошептал он и вдруг над ним снова склонился человек. К его губам поднесли кожаные меха, и он сделал пару глотков. Вода приятно охладила и немного облегчила боль. Аксель поднял глаза и попытался всмотреться в лицо. Первым, что он увидел, была улыбка, а потом глаза… её лицо было так близко, что он видел только глаза. Серые и голубые одновременно. Как потоки весенней воды. С вкраплениями песчаной охры и островками чёрных валунов. Акселю показалось, что он сейчас утонет в этих потоках.
– Ты как? ещё хочешь пить?
Он не смог ответить. Он даже и не пытался.
– Ладно… Тогда дам воды твоему другу… – она поднялась и направилась к Рэнку.
Девушка сидела напротив Рэнка спиной к Акселю, но перед его взором всё ещё стояли серо-голубые глаза. Она развязала грязную тряпку, которой был заткнут рот лжерыцаря, и тот всхлипывая начал тихо ругаться, но Аксель не мог понять ни слова.
– Не ругайся, пожалуйста, – ласково проговорила она, – сейчас вернётся граф, и если ты снова будешь ему перечить, он, поверь мне, причинит тебе боль. Он последние дни постоянно ужасно раздражен…
Она достала откуда-то чистый лоскут ткани, намочила его и вытерла лицо Рэнка от грязи и крови. Потом встала и снова подошла к Акселю.
– Как твоя голова? Давай посмотрим? – Аксель хотел заглянуть ей в глаза, но она взяла его голову двумя руками и наклонила её на себя, чтобы рассмотреть затылок, – всё хорошо! – проговорила девушка, – рассечения нет, а шишка, даже и такая большая, скоро пройдёт! – она снова взглянула ему в лицо, – а ты симпатичный мальчик. Как тебя зовут?
Ее глаза улыбнулись, и Аксель окончательно потерял дар речи. Он открыл рот, пытаясь сказать своё имя, но звук совсем не получился.
– Либо ты немой, либо Кехр стукнул тебя по голове чуть сильнее, чем следовало! – рассмеялась она. Её смех был таким заразительным, таким звонким, как журчание молодых ручьёв Серой Реки на гористом восточном склоне Драконьей сопки. Аксель тоже улыбнулся, смущённо опустил глаза и попытался взять себя в руки.
– Меня зовут Аксель, – тихо и немного хрипло проговорил он.
