Сам же Стого всегда выбирал потрепанный стул у окна, там же, рядом с ним устраивалась Шая, как будто приклеившаяся к парню. Зная, что ему от нее не избавиться, бедный Столсен со временем даже перестал протестовать. Никто не знал, почему парень выбрал место у окна. Уж точно не потому, что из него открывался живописный вид на озеро, лес и виднеющуюся невдалеке деревеньку. Этот вопрос не давал покоя Заве. Девушка поставила перед собой цель перевоспитать парня, наставить на путь истинный, но что-то явно шло не так. Во-первых, сам он отвечал как-то вяло, без обычного энтузиазма, во-вторых, постоянно приходилось преодолевать препятствие в виде Шаи, которая все нападки на Столсена воспринимала как личное оскорбление. Под конец недели Зава начала подозревать, что в этом и состоит истинная причина вялости Стого. Он откровенно скучал, а создаваемая женщинами перепалка забавляла его и поднимала настроение. И правда, пару раз Светлой удалось увидеть на его лице с трудом сдерживаемую улыбку, когда она в очередной раз наталкивалась на непробиваемую оборону Шаи.
В общем, в основном это были обычные посиделки, отдельного внимания заслуживали лишь два разговора. И первый из них произошел уже на второй день пребывания в замке…
— Слушай, Шая, еще вчера хотела спросить тебя, почему вы называетесь орденом Матерей Бумеранга? — вдруг поинтересовалась Зава.
Прозвучало это неожиданно — в этот момент девушки вели очередную перепалку из-за Столсена, и Светлая внезапно изменила тему разговора.
— А вы разве не знаете, не слышали? — удивилась Шая.
Все вмиг забыли про ссору, а хитрая Зава отметила про себя, что один из способов замять конфликт, о котором сегодня рассказала Каллея, сработал.
— Хороший вопрос, — оживился до этого сидевший с кислым видом и смотревший в окно Стого. Он повернул голову в сторону Шаи, все остальные сделали то же самое: Кассетто оставил в покое щеку, а Голге отложил в сторону книгу.
— Ну, это старая история, — смутилась от всеобщего внимания Шая. — С чего бы начать? Хорошо, лучше с того, что попроще. Вы же видели на стенах по всему зданию бумеранги, да? Ну, так это наше оружие, по нескольку на сестру. Точное число зависит от набора, обычно, чем больше бумеранги, тем меньше их в комплекте. Их всегда не меньше трех, редко больше семи-восьми.
— Но бумеранг ведь метательное оружие, — встрял Голге, тема была ему близка. — Если у вас их так мало, как же вы ведете бой, когда они заканчиваются? По опыту знаю, самая большая проблема стрелка — количество боеприпасов.
— Ну, мы не совсем стрелки, — замялась Шая, подбирая слова, чтобы поточнее объяснить. — На самом деле, мы не только бросаем их, а чаще используем в качестве мечей, кинжалов или подобного оружия, в зависимости от размера. Между нами и бумерангами есть что-то типа… связи, что ли? Мы всегда можем оказаться рядом с ним. Так способом я и появилась в этой комнате вчера, потому-то ты и не заметил, как я вошла…
Последняя фраза адресовалась Стого и закончилась кокетливым смешком. Это сбило рассказ и перестроило девушку с делового на романтический лад.
— То есть, вам не нужно подбирать их? — Голге настаивал на окончании истории, ему было неудобно отвлекать друг от друга эту парочку, но профессиональный интерес взял вверх над стеснительностью.
К тому моменту, девушка полностью переключила внимание на Стого и пропустила вопрос Ронтера мимо ушей, поэтому Голге пришлось повторить.
— Да-да, — затараторила она, желая компенсировать паузу. — Если он не попадает в противника или отскакивает, мы можем перенестись к своему оружию и снова атаковать. Знаете, мало кто может реагировать быстрее, чем летит бумеранг, поэтому обычно победа дается легко — один-два броска, и противник повержен. Раньше сестры с послушничества обучались боевым искусствам, времена тогда были неспокойные. Сейчас же мы мирный орден, самооборону нам еще преподают, но и только… Конечно, профессионалы старой закалки вроде бабы Гасты и нескольких сестер ее возраста еще остались, но и они уже не так сильны, как были Матери Бумеранга лет этак двести-триста назад.
Воцарилось недолгое молчание, все обдумывали услышанное.
— Хорошо, с этим разобрались, — на этот раз молчание нарушил Стого. — Теперь давай перейдем ко второй части. На мамочку ты несильно тянешь, молодая еще. Или я чего-то не знаю?
Шая опять покраснела.
