— Не забыл, — усмехнулся Леон. — Сейчас есть будем или сначала погуляем?
— Есть сейчас! Гулять потом! А то я не завтракала, а уже за полдень.
— Так скажешь, — согласился Леон и её отпустил.
Ванесса огляделась по сторонам, ища подходящее место для пикника, и только сейчас заметила, что сплошной зелёный ковер, что она видела всю дорогу под ногами, на самом деле усеян пёстрыми цветами: белыми, жёлтыми, лиловыми, розовыми, голубыми… Она в жизни не видела столько цветов в одном месте и заворожено побрела по лугу, напрочь забыв о еде.
— Ты куда? — окликнул её Леон, но она ничего не ответила.
— Несси, только далеко не уходи! — послышалось вслед, но она лишь отмахнулась и побрела куда глаза глядят.
Зелёный луг простирался до самого горизонта, а над ним растекалось яркое голубое небо с редкими белыми облаками. Тихо шелестела трава, покачивались на ветру красные маки, голубые васильки, белые ромашки. Пряный цветочный аромат вскружил девочке голову, и ей безудержно захотелось танцевать. Он закружилась под ей одной лишь ведомую мелодию: то бережно ступая меж цветами, то порхая над ними, как птица. Но ей показалось, что и этого мало, и на каждом плавном взмахе рук с её пальцев начали слетать еле заметные снежинки, лишь несколько мгновений искриться на солнце и бесследно исчезать.
Леон сидел на пледе, постеленном в десятке шагов от грифона, и заворожено наблюдал за грациозным и необычным танцем — ему казалось, что танцует сама весна, и даже грифон с интересом наблюдал за происходящим.
Сне́жка из Рейнве́ста
Вдруг Леона накрыла тень, а следом в сторону Ванессы понеслись два грифона. Он тут же вскочил, но грифоны пролетели мимо и умчались дальше на север. Леон ещё некоторое время смотрел им вслед, но те продолжали лететь прямо и вскоре превратились в две серые точки. Леон потерял к ним интерес и снова посмотрел на Ванессу. Она больше не танцевала, а лежала, распластавшись звёздочкой на траве.
Он пошёл к ней поверить, всё ли с ней в порядке, но когда подошёл, увидел, что она лежит с закрытыми глазами, безгранично довольной улыбкой и часто дышит, пытаясь отдышаться. Он уселся рядом на траву.
— Леон, подари мне цветочек, — смущённо проговорила Ванесса, прикрыв глаза обратной стороной запястья.
Леон оглянулся по сторонам, сорвал ромашку и пощекотал ею девочке нос.
— Держи.
Ванесса чихнула, захихикала и, отобрав у него цветок, села.
— Слушай, — почесала Ванесса за ушком и робко спросила: — А ты умеешь венки плести?
— Умею. Хочешь венок?
— Ты? Венок⁈ — она неожиданно засмеялась и начала тыкать в него пальцем. — Не верю!
— Хватит в меня тыкать? — возмутился Леон, отмахиваясь от неё.
— Да где ты мог научиться? — всё смеялась Ванесса.
— Когда из дома сбегал, много чему научился, — серьёзно ответил он.
— Ты? Сбегал⁈ — удивилась Ванесса. — Я думала, ты обычный избалованный папенькин сыночек.
— Скажешь тоже, — обиделся Леон. — С чего ты взяла, что я избалованный?
— Не знаю… — не нашлась что ответить Ванесса и смутилась. — Извини, не хотела тебя обидеть.
— Цветы неси, — буркнул он. — Только рви их подлиннее.
— Я сейчас! — тут же вскочила девочка и вскоре вернулась с разноцветной охапкой. — Хватит?
— Нет, но садись и пока смотри, а потом ещё соберёшь.
Леон сложил три цветка вместе и начал обматывать их стебельки стебельком четвертого цветка. Так он продолжал добавлять по цветку, пока не вплёл все принесённые Ванессой. Однако длины получившейся цветочной косички хватало лишь на браслет.
— Можем сделать браслет, — сказал Леон, протягивая ей своё творение.
Ванесса непроизвольно вздрогнула и отшатнулась.
— Лучше венок, — еле выдавила она.
— Тогда неси ещё четыре раза по столько же, — спокойно ответил Леон.
Ванесса снова умчалась собирать цветы и через полчаса уже радостно носилась по лугу в новом пёстром венке, расставив руки в стороны и махая ими, будто птица крыльями.
— Ты есть-то будешь? — окликнул её Леон, возвращаясь на плед и усаживаясь рядом с прямоугольной плетёной корзиной с едой. — А то я сам всё съем.
Ванесса снова его проигнорировала, и он, откинув половинку крышки корзины, достал пирожок и принялся его жевать.
«Где?» — мысленно спросил он, продолжая кашлять.
Леон оглядываться не стал, но положил пирожок на крышку корзины и встал. Всё ещё продолжая кашлять, но уже понарошку, он пошёл к грифону и начал рыться в сумке. Достал флягу и попил воды, а потом подошёл к переднему седлу и, делая вид, что проверяет упряжку, незаметно отстегнул ножны со своей шпагой.
«Поможешь мне её защитить?» — вежливо попросил Леон.
