«Это я с ним остаюсь наедине сейчас⁈» — подумала Ванесса еле заметно напряглась, сохраняя маску равнодушия на лице.
— Слушаюсь, — ответил Леон и ушёл.
— Ванесса, — обернулся граф к ней, — если ты не сильно устала с дороги, я бы хотел с тобой поговорить. Обещаю, что это ненадолго.
— Я не устала, Ваше Сиятельство, — учтиво ответила Ванесса. — Сочту за честь побеседовать с Вами.
— Тогда пройдем в мою библиотеку.
Граф учтиво указал в сторону Башни и, дождавшись, когда гостья сделает первый шаг, пошёл рядом с ней.
«О чём он хочет со мной поговорить? — всё переживала Ванесса, поднимаясь по ступенькам ко входу в Башню. — Я не умею самостоятельной обсуждать дела графства. Меня Дэмис перед каждой подобной беседой всегда заставлял заучивать, что надо сказать, или подсказывал в процессе. А вдруг я скажу что-то не то? Что он обо мне подумает? Что я необразованная и невоспитанная?..»
Так, погруженная в свои мысли, Ванесса и не заметила, как оказалась в небольшой уютной библиотеке. В центре комнаты вокруг небольшого круглого столика стояло три одинаковых кресла из тёмного дерева с бежевой обивкой, а сам столик был сервирован для чаепития на трёх человек.
— Прошу, присаживайся, — указал граф на одно из кресел и, налив им обоим чая, сел в кресло напротив.
Ванесса взяла в руки чашку с блюдцем, пригубила чаю и поставила чашку на блюдце, оставаясь сидеть с безупречной осанкой.
Граф Мэйнер пригубил чаю и, ласково улыбнувшись, сказал:
— Добро пожаловать в семью.
У Ванессы дрогнули руки и чай пролился на блюдце.
— В семью? — испуганно прошептала она, и не веря услышанному, и переживая, что нарушила этикет.
— В семью, — продолжал добродушно улыбаться граф. — В нашу семью.
Ванесса уткнулась а свою чашку, не зная, что и ответить, и все силы её уходили на то, чтобы не разрыдаться.
«Семья? У меня снова может быть семья… Ведь мне же не послышалось? Он меня пригласил свою семью…»
Граф поставил свою чашку на стол и встал. Подойдя к Ванессе, он бережно забрал её чашку и, поставив её на стол, обнял потерянную девочку за плечо, прижимая её к себе.
— Теперь у тебя снова есть семья, крошка, — ласково сказал он. — Не переживай больше ни о чём. Отныне и впредь мы с Леоном, да и всё графство Мэйнер — твоя верная защита и опора. Всё твоё горе осталось в прошлом, и пока мы живы, мы тебя в обиду не дадим.
Ванесса разрыдалась, а граф начал поглаживать её по голове, ничего больше не говоря. Простоял он так, пока всхлипывания девочки почти не прекратились, а потом встал перед ней на одно колено и начал заботливо стирать остатки слёз с её лица, всё продолжая на неё ласково смотреть, как смотрит отец на разрыдавшуюся по пустякам дочь, пытаясь её успокоить и заверить, что всё это мелочи и не стоит её слёз.
— Так, красавица, успокаиваемся, — добродушно продолжал он. — Ты же не хочешь, чтобы твой жених увидел тебя всю заплаканную?
Ванесса помотала головой из стороны в сторону.
— Вот и славно. Держи, — он выдал ей свой платок, которым вытирал её слезы, и усмехнулся. — А то сейчас придёт мой сын и снова на меня наорет за то, что я тебя довел до слёз. Правда, на этот раз хоть по делу.
Ванесса улыбнулась. Она совсем не могла представить, как Леон может наорать на такого грозного отца, и от этого ей стало жутко смешно.
— Договорились? — заискивающе спросил граф.
Ванесса кивнула, и граф встал.
«Семья? У меня есть семья? У меня снова есть семья? Семья! У меня есть новая семья!!!» — всё крутилось у неё в голове одно и тоже слово «семья», меняя свои оттенки с неверия и сомнения на осознание, принятие и ощущение безграничного счастья.
Когда она вынырнула из своих мыслей, мокрым от слёз оставался только платок.
— Благодарю, — искренне сказала она, широко улыбнувшись. — Я так рада быть частью вашей семьи.
— Нашей семьи, — улыбнулся граф, а потом серьёзно добавил: — А теперь к делу.
Не успела Ванесса испугаться такой молниеносной перемене его настроения, как её бросило в краску от следующей его фразы:
— Тебе нравится Леон?
Вопрос её застал однозначно врасплох, и, не зная, что ответить, она отвела глаза в сторону.
«Нравится, конечно!!!» — кричала вся её девичья сущность, но вымолвить это вслух, да ещё и в лицо графу, да ещё и его отцу, она бы в жизни не смогла.
Но граф Мэйнер понял её и без слов.
