Начиная от самой серой земли, передо мной росло молодое и стройное дерево с прожилками на светло-коричневой коре. Его верхушка была уже вполне вертикальной и прямой, а ветви с овальными зелёными листьями равномерно раскинулись по сторонам, образуя почти идеальный шар. На уровне моей груди ствол окольцовывал еле заметный узор — один в один узор на Факеле. Вот только он был не из прорезей, а скорее из выступающих над корой «бугорков» и «нитей». Назвать это «шрамами» у меня язык не поворачивался, пусть и было очень похоже.
Забыв, что я устал, я тут же поднялся, чтобы лучше оценить, насколько оно высоко.
«Выше меня раза в два!» — не переставал удивляться я.
Я приложил ладони к стволу. В том месте, где некогда из пня торчал росток, оно уже было в полтора раза толще, чем изначальный пень.
— Рос, ты герой! — уже вслух похвалил я его. — Прости, что чуть тебя не сломал по-глупости. Я не ожидал, что ты так быстро вырастешь.
— Нужна ли тебе ещё защита? — с сомнением в голосе спросил я. — Я могу тебя оградить «коконом» только по сторонам, не трогая верхушку. Правда, если у тебя начнут расти ветви вбок, то это снова может стать проблемой.
— Рад слышать, что ты теперь сам можешь за себя постоять, — искренне обрадовался я. — Я передам твоему отцу, что с тобой всё в порядке.
Я удивился, но решил об этой их странной связи лучше спросить Мирияра.
— Могу ли я тебе ещё чем-либо помочь, кроме моей жизненной силы? — решил уточнить я, прежде чем уйти.
— Тогда я пойду. До завтра.
Рос ничего не ответил, и я убрал руки с его ствола. Глянул в небо — там всё ещё кружил грифон. Как бы мне ни хотелось махнуть ему рукой, мол, уходим, я сдержался и просто поплелся к дороге. Обратно через бурелом я уже пробирался со скоростью раненой улитки, но на дорогу всё же вышел, а не выкатился.
Грифон сам прилетел и приземлился передо мной.
— Я сделал то, зачем меня сюда прислал ваш наездник, — начал докладывать я. — Мне кажется, что его жизнь теперь вне опасности, но полной уверенности в этом у меня нет. Он сейчас должен быть у меня дома. Мы можем вместе проверить, как он, или я проверю сам и вам сообщу.
Я кое-как залез, успев себя пожалеть при этом раз десять. Магическое истощение — это жесть: то хандра, что жить не хочется, то безудержная лень, то беспричинная жалость к себе…
Грифон меня высадил на окраине Яренки и приказал идти домой, а если он мне понадобится, то махнуть ему рукой у своего дома. Спорить я не стал и, собрав остатки сил, более-менее твёрдым шагом пошёл к своему дому. Грифон взлетел и начал наворачивать круги высоко в небе надо мной.
Дома я был минут через десять вместо пяти, что было вполне быстро в моём состоянии. И что я увидел, переступив порог гостиной? Настенька с Мирияром пили чай и весело болтали.
— Бездельники! — укоризненно сказал я, вспомнив любимое слово моей бабушки, и устало плюхнулся на край лавки у входа, растекаясь по стене и вытягивая вперёд ноги.
— По-моему, его надо покормить, — подмигнул Насте Мирияр.
Настя хихикнула.
— Если что, с Росом всё в порядке, — съязвил я. — А ты, шутник, иди покажись своему грифону, а то он над домом кружит.
— Ты что, на Пожарище на моём грифоне летал⁈ — неподдельно удивился Мирияр, а с ним и Настя.
— Нет, пешком ходил, — буркнул я.
— По-моему, он снова захандрил, — задумчиво сказал Мирияр, пристально разглядывая меня, а потом обернулся к Насте. — Я твоего мужа ещё на пару часиков украду, если ты не против?
— Забирай, — равнодушно махнула рукой Настенька.
— Я тебе это ещё припомню, — вяло возмутился я, сам не зная, к кому именно обратился.
Спать хотелось жутко, и я сдался — закрыл глаза. Я ведь дома уже. Дома и помирать не страшно…
«А⁈ Какой помирать!!!» — ударила меня, будто молнией, собственная же мысль, и я тут же отлип от стены.
— Так! Мирияр, чего расселся? Вези теперь ты меня лечиться, пока я тут не сдох! — скомандовал я голосом, не терпящим возражений, и пошёл на выход.
На улице я махнул грифону — тот приземлился рядом. Но договаривался с ним уже Мирияр. Я для этого был слишком не в духе. В Священный Лес меня доставили без вопросов, подперли мной дерево, и я отключился.
Когда я очнулся, были уже сумерки. Я так и сидел, подпирая спиной дерево и уронив голову на грудь, а чтобы я не падал вбок, Мирияр сидел рядом, подпирая меня плечом.
— Рассказывай, — требовательно сказал он, почувствовав, что я пошевелился.
Я распрямился и, запрокинув голову на ствол, заговорил.
