Само вокняжение Святополка в Киеве, при всей лаконичности соответствующей летописной статьи, описано Нестором в духе соблюдения этим Изяславичем порядка родового старейшинства: «И седе на столе отца своего и стрыя (дяди по отцу. —
Ещё одним свидетельством в пользу соблюдения Владимиром Мономахом правила родового старейшинства могут быть, по моему мнению, события следующего года. Тогда, узнав о смерти Всеволода, более десяти лет княживший в Тмуторокани Олег Святославич решил завладеть Черниговом. Ему стало известно также и то, что Владимир Мономах не стал киевским князем, а уступил стол Святополку. С нанятой им половецкой ордой Олег осадил Владимира в Чернигове. «Володимерь же створи мир с Олгом, и иде из града на стол отень Переяславлю, а Олег вниде в град отца своего»[434].
Этот текст обычно толкуется учёными однозначно. Историки считают его доказательством в пользу торжества отчинного порядка замещения столов в Чернигове и Переяславле. Действительно, контекст сообщения летописи даёт основания для подобной интерпретации. Но не стоит забывать, что Олег был старше Мономаха по порядку родового старейшинства, ибо его отец Святослав был старшим братом отца Владимира. Поэтому известие летописи о передаче Мономахом Чернигова Олегу может быть также свидетельством того, что Владимир Всеволодич выполнил закон родового старейшинства. Если сопоставить этот его поступок с отказом от Киева в пользу Святополка, то получим определённые основания склониться к подобной интерпретации всей истории с передачей Владимиром Чернигова своему старшему двоюродному брату.
Правление Святополка Изяславича в Киеве (1093–1113) началось во времена явственного усиления натиска половецких ханов на южные окраины Руси. Услышав о кончине Всеволода и изменении способа правления государством (дуумвирата), они прислали послов к Святополку с предложениями мира. Святополк приказал заточить послов, что стало поводом к большой войне. Вряд ли ханы действительно желали мира со Святополком — скорее всего, послы должны были прощупать почву, главное же — выяснить статус Мономаха и его отношения с новым киевским князем.
«Повесть временных лет» подробно рассказывает о несчастливой для Руси войне с половцами в мае 1093 г. В плане изучения характера и структуры государственной власти на Руси представляется важным следующее место этого рассказа: «Смыслении (мужи. —
Отдельные историки видели в действиях Святополка, начиная с весны 1093 г., лишь стремление создать дуумвират с Владимиром[436], — и он действительно был создан, но несколько позднее и в другой обстановке. Приведённая цитата из «Повести» наводит на мысль, что если Святополк и думал тогда о дуумвирате, то Мономах шёл дальше и стремился к восстановлению триумвирата, в котором он с братом имел бы перевес над Святополком. Ростислав тогда был переяславским князем. Поэтому, как и в 1054 г., в новом триумвирате должны были объединиться князья главных городов южной Русской земли: Киева, Чернигова и Переяславля.
Святополк и Владимир с Ростиславом (как выходит из смысла статьи 1093 г., в которой прямо назван лишь Мономах) собрались в Киеве в Михайловском монастыре («совокупистася у святого Михаила») и «уладившася, целоваста крест межи собою». Уже это свидетельствует о создании союза между тремя князьями. Однако на съезде в Киеве не было достигнуто согласия в стратегической линии отношений с Половецкой степью: «Володимер хотяше мира, Святополк же хотяше рати. И поиде Святополк, и Володимерь, и Ростислав к Треполю», где «созваша дружину свою на совет… и начаша думати»[437]. В этих словах явственно угадываются черты только что образованного триумвирата.
Основной причиной стремления и Святополка и Владимира (привлекшего к союзу ещё и совсем молодого Ростислава) к объединению была, конечно же, половецкая угроза. Об опасности со стороны изгоев Святославичей не стоит говорить до следующего года, когда Олег «Гориславич» пошёл с ордой на Чернигов. Владимир Мономах к тому времени заслужил славу и авторитет опытного и успешного полководца. Он, вероятно, так же, как и Святополк, понимал, что без объединения и максимального напряжения сил всей Южной Руси половцев было не остановить. Триумвират мог способствовать и консолидации государства.