– Разве в Россе всё так плохо? – С удивлением спросил воевода. Он всегда считал соседа по северному союзу могущественной и сильной страной. О справедливости законов Россы часто говорили между собой воины, и складывалось ощущение, что там просто не может быть плохо, и обычным людям, не знати, живётся очень хорошо.
– В Обитаемом Мире нет земли, где мог бы существовать рай. – С горькой усмешкой проговорил росс. – Я уверен, что с моим отбытием в поход бояре снова взялись за заговоры, и наместнику Иштеру придётся приложить немало усилий, чтобы удержать их в узде.
– И всё-таки ты пошёл со мной.
– Не забывай – это возможность оставить след в истории, да и завет военного вождя для меня свят. В конце концов, разве мог я бросить друга? Лишний меч не помеха, и мои советы не так глупы.
– Конечно! – Засмеялся Рутгер, похлопывая по плечу Аласейа. – Теперь я даже не могу представить, как бы мы без тебя добрались сюда!
Царь захохотал вместе с вигом, и вдруг резко оборвав свой смех, спросил:
– Что ты собираешься делать с лордом Архордом?
Этим вопросом Стальной Барс оказался захвачен врасплох. Он решил сохранить ему жизнь, но так и не смог придумать для чего. Как он сможет объяснить своим воинам, почему не казнит предателя, кого и он, и они обвиняют в гибели своих друзей? Как он объяснит воинам, что предчувствует, что тот ещё может пригодиться им живой? Убедить в этом Аласейа, а потом они вместе смогут поведать об этом бойцам, и они, конечно, всё поймут.
– Не знаю. – Честно ответил воевода, однажды решивший никогда не лгать друзьям, преломившим с ним хлеб, и стоящим плечом к плечу в битве. – Мне кажется, что он нам может ещё пригодиться.
– Но ты не знаешь, когда это будет. – Закончил за него царь, и с пониманием кивнул головой. – В Россе со всей серьёзностью относятся к предчувствиям и предзнаменованиям. Хотя он виновен в гибели моих телохранителей, я не буду требовать у тебя его немедленной казни. Не знаю, какое у тебя было видение, и что ты задумал, но надеюсь, нечто стоящее, что прославит наши имена на весь Обитаемый Мир!
– Боюсь, что это может быть ошибкой. – Намекнул Стальной Барс на их прошлые разногласия в отношении Герфура, когда они чуть было не поссорились. Ведь он до сих пор не знал, что же сказала ему Эрли, что царь Россы сменил гнев на милость, и, скрипя сердцем, признал, что пока это будет наиболее мудрый шаг.
