Осторожно, медленно, терпеливо пережидая боль, он облачился в кольчугу, сунул за пояс, уже кем-то почищенный пернач, и закинул за спину ножны с мечом.
Аласейа накинул ему на плечи плащ, и улыбаясь, произнёс:
– Сегодня прохладно. – Он повернулся к столпившимся возле полога воинам, и чуть повысив голос, сказал: – Он снова в строю!
– Слава воеводе! – Нестройно откликнулись друзья, и опустились на одно колено.
Было в этом нечто такое, отчего защипало глаза, и невольно выступили слёзы. Рутгер внимательно вглядывался в лица воинов, и уже во многий раз подумал, что ему крупно повезло, раз судьба свела его с такими людьми, идущими за ним до конца, не смотря на все опасности, что существуют в Обираемом Мире. Это были даже нечто большее, чем друзья, или бойцы, связанные друг с другом ротой верности. Это были настоящие братья, готовые не задумываясь отдать за другого самое ценное, что может быть у человека – жизнь.
Боясь, что они заметят его слабость, и готовность броситься в их объятия, чтобы как-то выразить им свою признательность, Стальной Барс сурово кивнул, чувствуя, что вполне может обойтись и без чьей-то посторонней помощи, вышел из шатра.
Занятый своими мыслями он шёл не зная куда по какому-то наитию находя тропу между хаотично расставленными войлочными жилищами ювгеров, отвечал на приветствия совершенно незнакомых людей, воинов, что по всей вероятности и были той грозной силой, противостоящей мутантам. Он жаждал одного – унять прохладой дня притаившуюся боль, и освежить разгорячённое лицо, пока вены не лопнули воспалённой, упругой струёй.
«Кого же мы тогда посадим на трон Владыки?» – промелькнули в голове слова Увгарда. Похоже, что они совершенно не сомневаются, чем закончится поход, и кто кем станет после него. Да, они видят Рутгера сжимающего в руках золотой меч, а кем они видят себя, ведь после всех тех испытаний, что выпали на их долю, они никогда не станут прежними! Кем они будут?
Стальной Барс остановился, словно наткнулся на какую-то невидимую преграду, и посмотрел в сторону, краем глаза заметив какое-то движение. Сам того не осознав, он оказался на опушке редкого леса, возле жарко горящего костра в окружении вигов. Они были во всеоружии, и он сразу понял, что они здесь делают. Все, кто мог стоять на ногах, и кому не мешали раны, полученные в последнем бою, собрались возле своих павших друзей, завёрнутых в белые саваны.
