– Глупая это затея идти по земле врага в надежде, что нам встретится их отряд, и мы его с лёгкостью сможем разбить. На севере так не воюют.
– Тем не менее Тартей уверен в собственных силах. – Воевода остановился, и, переводя дыхание, оглянулся.
Скорее всего, тысячу лет назад, до Апокалипсиса, до того, как огненный смерч уничтожил цивилизацию Древних Богов, здесь были невысокие холмы, покрытые густыми лесами и плодородной почвой. Сейчас об этом ничего не напоминало, а можно было только догадаться, имея недюжинную фантазию, и представить себе цветущий, благословенный край. Теперь, насколько хватало глаз, можно было увидеть покатые кручи, напоминающие собой панцири степных черепах, испещрёнными глубокими и мелкими разломами, где можно было спрятать бесчисленное количество воинов. Кое-где попадались невысокие колючие россыпи кустов, и странно изогнутые, безжалостно закрученные стволы деревьев, представляющие собой небольшие заросли. Всё здесь говорило о том, что какое-то время назад тут безраздельно властвовала Невидимая Смерть, и изменила за долгие века всё, до чего могла дотянуться её рука.
Вождь Тартей за пять дней смог собрать почти три сотни воинов, и посчитал, что этого достаточно, чтобы освободить свои земли от мутантов. Не было никаких советов, каких-то планов, просто однажды вечером всем объявили, что завтра с утра войско идёт на войну. Неужели здесь всегда так поступают? Тогда вообще удивительно, почему ювгеров ещё не уничтожили! На все вопросы вигов Тартей отвечал лишь, что так повелели ему боги, и шаман предсказал ему скорую победу. Разве он может сомневаться в победе, если теперь среди его воинов есть сила и ярость севера?
Стальной Барс нахмурился. Это совсем не походило на боевой поход, когда вперёд высылают лазутчиков, а с боков от основных сил идут дозоры, чтобы вовремя предупредить о приближении врага. Где каждый воин знает своё место, и в любое мгновение готов влиться в общий строй, чтобы плечом к плечу с братьями по оружию ринуться в битву.
