Однажды, еще в 70-е годы, сильное течение подхватило пловца и понесло в сторону. Охранники предлагали Леониду Ильичу помощь, но он упорно отказывался и боролся с течением сам. В конце концов течение вынесло генсека далеко за территорию госдачи. Выбираться на берег пришлось на пляже местного санатория. Можно себе представить изумление загорающих людей, когда из моря к ним вдруг вышел сам Генеральный секретарь. Как сказочного Черномора, его сопровождали несколько крепких молодцев. «Отдыхающие двух санаториев с огромным удивлением наблюдали, как по их берегу в окружении охраны вышагивает в одних плавках Генеральный секретарь ЦК КПСС», — писал В. Медведев. Некоторые здоровались с ним:
— Здравствуйте, Леонид Ильич!
— Здравствуйте! — отвечал он.
А в 1980 году Брежнев пошел купаться в четырехбалльный шторм. «Это было подводное плавание, потому что волны накрывали его постоянно, — вспоминал Медведев. — Так он плавал минут пятнадцать… Неприятные минуты, страшные даже». Еще большего труда стоило потом охране с генсеком выбраться на берег. «Смертельный трюк — без преувеличения», — замечал В. Медведев.
«Как у нас дела с козловодством?» Из настольных игр Леонид Ильич особенно часто играл в шахматы (о чем мы упоминали выше) и в домино. Советская печать при Брежневе высмеивала любителей «забивать козла» наравне, например, с картежниками. Так, на одной карикатуре из «Крокодила» 1968 года сестрица Аленушка упрекает братца Иванушку, обращенного в козленка: «Говорила тебе, не играй в домино!»
Но все это совсем не мешало руководителям страны часами играть в домино. Возможно, Брежневу, постоянно читавшему «Крокодил», даже нравились такие шутки. Сам он, однажды, несколько раз оставшись «козлом» в игре с коллегой, занимавшимся сельским хозяйством, пошутил так: «Подготовьте справку: как у нас дела с козловодством».
Пирс в Крыму, где под навесом любил играть генсек, получил название «Монте-Козло». Во время отдыха по утрам Леонид Ильич часами плавал в море, днем — лихо носился на автомобиле, а вечером — так же азартно резался в домино. Дневник его пестрит пометками вроде таких: «забили в косточки», «играл в домино», «забили козла 1:1». Брежневу было свойственно почти детское отношение к игре: он погружался в нее целиком. Увлекшись, мог просидеть до глубокой ночи, нарушая ради забавы весь свой строгий распорядок.
В конце концов вмешивалась возмущенная Виктория Петровна:
— Прекратите. Какая это игра?
— Да чего ты? — удивлялся Леонид Ильич. — Нормальная игра. Садись.
Присев, она тоже включалась в игру… «Вот эти игры просто сводили с ума Викторию Петровну, — писал Ю. Чурбанов, — так как они обычно заканчивались где-то около трех часов ночи, и она, бедная, не спала, сидела рядом с Леонидом Ильичом и клевала носом… Он всерьез увлекался игрой, и если что-то у него не получалось, если ему не везло, то он переживал, как ребенок». В конце концов, одержав верх над соперниками, генсек в отличном настроении отправлялся ко сну.
На хоккейных и футбольных матчах Брежнев тоже заражался спортивным азартом и в перерывах любил поиграть в домино. Однажды на стадионе хоккейные болельщики с удивлением увидели, что все Политбюро после перерыва покинуло свои места. Видимо, случилось что-то из ряда вон выходящее. Но что? В головах публики зароились самые невероятные предположения — вплоть до внезапного начала мировой войны. Однако все оказалось гораздо проще: Леонид Ильич так увлекся игрой в домино, что махнул рукой на окончание матча…
«Бросить курить ничего не стоит — я бросал сто раз». Вплоть до 70-х годов Брежнев был заядлым и даже страстным курильщиком, выкуривал порой по две пачки в день. Предпочитал сигареты «Новость» и «Красная Пресня», курил их через мундштук. Сигареты «Новость» для него на московской фабрике «Ява» делались по особому заказу. Брежнев посмеивался над теми, кто курил иностранные сигареты, которые считал слабенькими: «От них не накуришься». Главный охотовед Беловежской пущи Виктор Вакула, который не раз охотился вместе с генсеком, рассказывал: «Он был страстным охотником и страстным курильщиком. Если Хрущев не курил, то Брежнев курил безбожно. Иногда у него заканчивались сигареты, и он просил их у меня. Я ему говорил: знаете, Леонид Ильич, у меня очень простые сигареты, может, вам не понравятся. Но он говорил — давай, пойдет… Когда он забывал мою фамилию, ему говорили о гоголевском литературном герое — знаменитом кузнеце Вакуле, и он сразу вспоминал. Он был другим, чем Хрущев, я бы сказал, более простым». Вообще Брежнев любил пробовать новые виды курева. Мог спросить у кого-нибудь из окружающих: «Ты что куришь?»
Затягивался незнакомыми сигаретами. «Хорошо!»
На следующий день уже заказывал эти сигареты охране. Сохранились кадры кинохроники, где Леонид Ильич прикуривает сигару (очевидно, гаванскую) у Фиделя Кастро…
