Галина Вишневская (1964 год): «Хорошо одетый черноволосый нестарый мужчина — ему было тогда 57 лет, — энергичный и очень общительный, компанейский».
Довольно точно о секрете успеха Леонида Ильича высказался однажды Никита Хрущев, который заметил: «Вот смотрите на Леонида, мало, что он красавец, гроза баб, а как его люди любят. Они же за ним в огонь пойдут и в воду… Леониду не надо бороться за власть, люди сами его толкают. Удивительно обаятельный и милый человек».
Все это понимал и сам Леонид Ильич и всегда руководствовался этим правилом. В разговоре со своим помощником А. Александровым-Агентовым он однажды выразил его так: «Знаешь, Андрей, обаяние — это очень важный фактор в политике».
«Чем тебе, дорогой, помочь?» Леонид Ильич стремился утвердить свою репутацию мягкого, уважительного руководителя. Каждый день он около двух часов посвящал внешне бесполезному занятию — обзванивал своих младших коллег, секретарей обкомов, советовался с ними по разным вопросам, внимательно выслушивал их мнение. Авторитет спокойного и деликатного Брежнева в аппарате постепенно рос. «Но почему все-таки Брежнев? — задавался вопросом Е. Чазов. — Чем подкупил он в своей борьбе за власть? Да тем, что как политик, как знаток политической борьбы он был выше всех… Он прекрасно знал человеческую натуру и человеческие слабости. Что значило для секретаря обкома… когда первый секретарь ЦК КПСС звонит, иногда поздно вечером, иногда и во время своего отпуска, и интересуется делами партийной организации, спрашивает: как виды на урожай, что с промышленностью, что нового в области, чем тебе, дорогой, помочь?»
Сотрудник ЦК Валерий Болдин также отмечал его открытость: «В то время Л. И. Брежнев… вообще держался просто, часто звонил своим соратникам, секретарям ЦК компартий республик, крайкомов и обкомов. Был он терпим и доброжелателен со своим окружением — помощниками и секретарями. Еще работая в Казахстане, выезжал на природу, приглашая с собой семьи своих помощников и охранников. Да и позже, до болезни, был открыт для своих соратников».
Первые секретари обкомов всегда имели свободный доступ в кабинет генсека. По словам А. Александрова-Агентова, он никогда не отказывал им в «продолжительной, внимательной беседе». Столь же тщательно Брежнев следил и за своей доступностью для кремлевских соратников. Велел будить его даже ночью, если позвонят четыре первых лица государства: «Эти люди по пустякам звонить не будут». Один раз он гулял, и офицер не стал его беспокоить, когда позвонил глава правительства. После этого случая генсек устроил крепкую нахлобучку начальнику своей охраны. Возмущался:
— Почему вы сталкиваете меня с людьми, стоящими у руля государства?.. Что за дубы у вас там дежурят на телефоне?
«Что, ребята, это весь ваш гардероб на плечах?» Леонид Ильич всегда любил заботиться о быте, даже о внешности окружающих. Известен, например, такой случай. В марте 1941 года секретарь обкома Брежнев беседовал с группой студентов. Мимоходом спросил:
— Что, ребята, это весь ваш гардероб на плечах?
«Мы замялись, — вспоминал один из его собеседников, А. Кравченко. — Он больше ни о чем не спросил, быстро написал записку и вручил нам…». По этой записке студентам сшили отличные по тем временам костюмы — самим им такая роскошь, конечно, была не по карману…
Журналист Александр Мурзин, собиравший рассказы очевидцев о Брежневе в Казахстане, говорил: «Было бы нечестно с моей стороны не отметить, что люди… рассказывали мне о нем с глубокой симпатией, искренне, часто со слезами на глазах. Был молод. Красив. Добр, гуманен. Всем помогал… Общителен. Чрезвычайно неприхотлив в быту… Не пил. Работал на износ. Болтунов презирал. Целинников жалел: мученики…». «Он многим помогал. Например, официантке он дал квартиру, в поселок, где жил его шофер, помог провести газ».
