— Терпи, — приговаривал Нокс, расширяя носовой проход и возвращая костные обломки на законные места — послышался неприятный хруст. — Обезболивающего у нас тут совсем не водится…
Он поставил в обе ноздри плотные марлевые турунды — те тут же принялись напитываться кровью.
— Покой тебе теперь нужен, — вздохнул Нокс и нахмурился. — И питание нормальное…
Он помолчал, глядя в сторону. Всегда бойкая и острая на язык Наиля даже не нашлась, что ответить — высказать ему, что ни покоя, ни нормальной еды в этих скотских условиях не допросишься? И вовсе было непонятно, зачем их там держали круглыми сутками: работы для них особенно и не было, только дюжих мужиков куда-то постоянно гоняли, но никто из них не рассказывал ничего о том, что они делали. Остальных разве что забирали на какие-то процедуры — и возвращали. Покалеченных. Если вообще возвращали… До самой Наили очередь пока не доходила — или же ее берегли для чего-то особенного?
— Питание… — пробормотал Нокс себе под нос, неспешно подошел к шкафу и вытащил оттуда мешок с каким-то белым порошком. — Вот, — он протянул мешок Элай. — Будешь четыре раза в сутки в воде разводить и ей давать, — он кивнул на младенца. — Воду и бутылки тебе принесут, я выпишу рецепт.
Элай и Наиля неверяще вытаращились на Нокса. Тот как-то неловко мигнул и поджал губы.
— Посидите здесь покуда. К ночи вас отведут обратно.
Он вышел прочь, плотно притворил дверь и оперся спиной о стену; ссутулился, словно груз совершенного тяжко лег ему на плечи, пригибая к земле.
— Вы из ума выжили, — словно из ниоткуда перед ним выросла пигалица со злыми раскосыми глазами — доктор Найто. — Зачем вы дали этому выродку молочную смесь?
— Потому что у этой женщины пропало молоко.
— И что? — холодно переспросила Найто, прищурив и без того узкие глаза-щели.
— И тогда ребенок умрет от истощения, — бесцветно проговорил Нокс.
— Нас и интересует выживаемость! Я хочу посмотреть, сколько он протянет в таких условиях! Жаль, мальчишка подох. Сравнить бы, кто у них живучее!
Нокс неприязненно воззрился на коллегу и вытянул желтыми от табака пальцами сигарету из мятой пачки.
— Если вы хотите изучать воздействие стресса, не усугубляйте его голодом. Проведите два исследования.
— У номера триста двадцать четыре выкидыш, номер четыреста пятьдесят три родила мертвого ребенка, до родов сто сорок седьмой ждать еще долго. Мне не на ком ставить этот опыт! — она изогнула тонкие губы в капризной гримасе.
— Значит, надо объединять два опыта в один? — Нокс перешел в наступление. — Это непрофессионально, доктор Найто.
Она дернулась, как от удара.
— Вы обвиняете меня в… непрофессионализме?.. — Найто задохнулась от возмущения, лицо ее пошло красными пятнами. — Знаете ли… — она сжала кулаки и огляделась, словно в поиске поддержки. — Признайтесь, вам просто жалко этого выблядка! — выпалила она и пошла прочь, только каблуки застучали по каменному полу.
Нокс стянул очки, потер переносицу и глубоко затянулся, ссутулившись еще сильнее.
========== Глава 17. Пусть настанет завтра ==========
Бригадному генералу Льюису казалось, что генерал Дрейзе, припоминая ему все его давешние неудачи, издевается. Мало того, что ему, отдающему долг родине в самом пекле, за все эти годы так и не дали повышения, так теперь он должен обсуждать неофициальные детали предстоящей операции не с кем-то там, а с самым отъявленным психом из всех алхимиков!
Льюис боялся государственных алхимиков. Он в принципе считал, что нормальный человек не станет заниматься подобной наукой. А уж положить ее на алтарь военной службы способен только тот, на ком и вовсе пробу ставить негде. И потом то, какие им предоставлялись привилегии — это было и вовсе неслыханно! И форма необязательна, и штабс-офицерское звание задарма, и уставом манкировать не возбраняется! А об их жаловании так и вовсе ходили легенды.
Бригадный генерал промокнул платком лысину — с недавних пор ее украшал плохо заживший пунцовый шрам — и поморщился. Вот-вот к нему должен был явиться Багровый алхимик — подрывник-виртуоз, судя по свидетельствам очевидцев — садист и психопат. Из всего их подразделения Льюис пуще прочих ненавидел и боялся троих: Багрового, Огненного и Воздушную. Еще его пугал Железнокровный, но тот казался бригадному генералу несколько более предсказуемым.
Льюис тяжело вздохнул и воззрился на часы — до официального визита майора Кимбли оставалось две минуты. Бригадный генерал раскрыл лежащую на столе папку, бездумно пробежал глазами по первому попавшемуся документу, протер очки… Где-то в глубине души он слепо надеялся на то, что Кимбли опоздает. Или не придет вовсе. Хотя поговаривали, что он был маниакально пунктуален. Льюис внезапно разозлился на себя. С чего бы ему, бригадному генералу, старому вояке, робеть перед встречей с каким-то желторотым майоришкой, будь он хоть тысячу раз алхимик и миллион раз — псих? Он раздосадованно отшвырнул папку. В тот же момент скрипнула входная дверь.
— Разрешите войти, господин бригадный генерал? — Кимбли говорил негромко, но по-военному четко.
