– Возможно, меня так прижало, что я вспомню первое свое ограбление, я тогда сорвал самый большой куш, даже с поправкой на инфляцию. Старый “Сан-Суси”. Почему бы и нет, подумаю я. Отель в лесу, пустует, никто не услышит звона разбитого стекла, когда я высажу его локтем. – Герт улыбался, кивал. – И чем больше я об этом думаю, тем больше мне нравится эта мысль. Если повезет, я выиграю пару дней. А то и неделю. А когда всё уляжется, кто знает? Может, мне даже удастся сбежать. Ладно, допустим, вряд ли, но ведь бывало и не такое.
– И ты не боишься, что тебя случайно заметит смотритель? Или садовник?
– Не особо. Я где-то слышал, что территорию охраняет частная фирма из Шуйлера, те ребята заезжают в отель пару раз в день. И внутрь, скорее всего, не заходят, а даже если и заходят, что с того? Не будут же они проверять все двести с лишним комнат на случай, если в одной из них прячется полудурок вроде меня?
Взгляд Герта снова стал осмысленным. Он взглянул на Салли, пожал плечами:
– Большего не скажу. Идиоты непредсказуемы.
– Спасибо, – серьезно ответил Салли. – Если так и окажется, я твой должник.
Окно кухни открылось, тарелка с завтраком грохнула о прилавок. Герт поставил ее перед Салли, положил столовые приборы, завернутые в салфетку.
– Если так и окажется, – произнес он, – именно там найдут твое тело.
Салли при виде яичницы почувствовал что-то похожее на аппетит и принялся за еду. Он почти доел, когда на стене за стойкой зазвонил телефон. Герт взял трубку, зажмурился, как от боли.
– Нет, он не заходил, – ответил Герт. – Да… хорошо… конечно, миссис Гэган. Непременно.
Салли отодвинул тарелку, от острой колбасы под ложечкой жгло, будто туда ткнули раскаленной кочергой. А может, от мысли, что если бы вчера вечером в “Лошади” он не начал смеяться над Джо, тот остался бы сидеть на табурете, не попал бы под колеса неизвестного мерзавца, и чокнутая мамаша Джо не лишилась бы сына.
– На. – Заметив, что Салли прошиб пот, Герт протянул ему полотенце. – Колбаса-то ядреная.
Она заметила видавший виды грязно-белый грузовой фургон, когда приехала открывать магазин. За последние полтора года “Загородный магазин Крунера” – сочетание автозаправки, магазинчика всякой всячины и автомойки – грабили уже дважды, и она привыкла присматриваться к подозрительным автомобилям, хотя чаще по вечерам, перед закрытием, когда касса бывала полна. Она, может, и не обратила бы внимания на фургон, если бы он не торчал наискось у отсеков автомойки, где никто в жизни не парковался. Она, как обычно, поставила свою машину у мусорных баков за магазином, оставляя клиентам более удобные места спереди. Вошла с черного хода, включила только один ряд ламп: так и света достаточно, и никакой Том, Дик или Гарри не подумает, что магазинчик уже работает. Минут за пятнадцать она подготовила кассу, запустила бензоколонки и включила кофемашины самообслуживания. Кофе еще варился, когда у дверей уже толпились люди: посетителям не терпелось выпить чашечку кофе перед короткой поездкой в Шуйлер или более долгой по федеральному шоссе в Олбани. Рано или поздно кто-нибудь непременно заглянет внутрь, заметит, что она расхаживает по залу, постучит в дверь и укажет на свои наручные часы. Когда такое случалось, даже если до открытия оставалась пара минут, она щелкала выключателем, зажигавшим вывеску и флуоресцентные лампы над нею, отпирала дверь и начинала очередной день.
Водитель фургона, по ее описанию, был растрепанный, глаза сонные, точно ночевал в машине и толком не проснулся. Он сказал, что подъехал незадолго до нее и задремал, дожидаясь открытия, но Карен, оператор автозаправки, подумала, что он врет, хотя зачем, казалось бы, врать в таких мелочах? И почему человек, державшийся подчеркнуто спокойно и дружелюбно, показался ей таким подозрительным, она тоже не сумела бы объяснить. Вот разве что из-за сонных глаз, сообщила она Реймеру, поскольку и внешность, и речь у него были самые обычные, правда, Карен подумала, что он, наверное, откуда-то с юга штата. Он был в джинсах, пожелтевшей белой футболке с растянутым воротом и бейсболке с круглой эмблемой, Карен видела такую впервые. Взял кофе, апельсиновый сок, кусок пирога с посыпкой и пачку сигарет, произнес что-то вроде: “Знаете, раз уж я здесь, почему бы мне не вымыть машину”. И вновь у нее возникло явственное чувство, что он намеренно вводит ее в заблуждение, но для чего бы? Он словно тянул время, дожидался, пока другие клиенты уйдут и они с Карен останутся вдвоем. Впрочем, она не особенно испугалась. У нее под прилавком перцовый баллончик. Да и пожалуй, она ошиблась на его счет, поскольку в какой-то момент они остались одни и он не выкинул ничего такого. Расплатился, помыл машину и уехал.
Он расплатился кредиткой? – уточнил Реймер, и Карен ответила: нет, как ни странно, наличными. Сейчас за покупки больше десяти долларов народ чаще платит кредитной или дебетовой картой. Но еще более странным, если вдуматься, Карен показалось то, как он загонял фургон в отсек автомойки. Она впервые такое видела. Как будто…
