– Стало быть, вы – тот самый детектив? – спросил он. На его бледных щеках багровели пятна.
– Корморан Страйк… а это Робин Эллакотт, мой партнер.
Робин сделала шаг вперед.
– Здравствуйте, – чопорно сказал Рой, пожимая ей руку. Его ладонь была горячей и сухой.
– Приготовить кофе? – полушепотом предложила Синтия.
– Да… нет… пожалуй, – ответил Рой, чья вспыльчивость явно наталкивалась на возрастающую нервозность: уж очень внушителен был неподвижный Страйк, не сводивший с него глаз. – Присаживайтесь, присаживайтесь. – Он указал Страйку на второй диван, стоявший под прямым углом к первому.
Синтия торопливо вышла, чтобы сварить кофе, а Страйк и Робин сели там, где им было предложено.
– Пойду помогу маме Син, – пробормотала Анна и выскочила из комнаты, а Ким после краткого раздумья последовала за ней, оставив Страйка и Робин наедине с Роем.
Доктор уселся в бархатное кресло с высокой спинкой и сердито покрутил головой. Выглядел он скверно. Гневный румянец поблек, оставив после себя бледность. Носки сбились вокруг костлявых лодыжек.
Наступило едва ли не самое неловкое молчание из всех, выпадавших на долю Робин. В основном для того, чтобы не смотреть на Роя, она принялась разглядывать просторную комнату, почти такую же старомодную, как и коридор. В углу стоял рояль. Высокие окна выходили на огромный сад, где прямо за мощеной площадкой тянулся прямоугольный водоем с карпами, упиравшийся в крытое, похожее на храм каменное строение, где можно было сидеть, наблюдая за рыбами, или любоваться необъятным газоном с вековыми деревьями и ухоженными клумбами.
Фолианты в кожаных переплетах и антикварная бронза в изобилии заполняли книжные шкафы и витрины. Между диванами были оставлены пяльцы с начатой изящной вышивкой шелком. Узор в японском стиле изображал двух плывущих в противоположные стороны рыбок. Робин прикидывала, не стоит ли вежливо похвалить работу и узнать, не Синтия ли занимается рукоделием, но ее опередил Страйк, заговоривший с хозяином дома.
– Кто у вас в семье любил древности?
– Что? – переспросил Рой. – Ах, вы об этом. Мой отец. – Безумными глазами он скользил по разнообразным бронзовым и мраморным фигуркам. – Получил в Кембридже диплом бакалавра по истории Античности.
– Надо же, – сказал Страйк, и в комнате опять воцарилась ледяная тишина.
Порыв ветра плеснул на оконное стекло очередную порцию дождя. Робин с облегчением прислушивалась к звяканью чайных ложек и шагам троицы возвращающихся женщин.
Синтия, которая вошла первой, поставила чайный поднос на антикварный столик между диванами. Он слегка качнулся под этой тяжестью. Анна принесла большой торт на подставке.
Анна и Ким сели бок о бок на свободный диван, а Синтия, подвинув приставные столики на высоких ножках, чтобы можно было ставить чай и отрезать куски торта для желающих, с испуганным видом примостилась возле супруги своей падчерицы.
– Что ж… – сказал наконец Рой, обращаясь к Страйку. – Интересно знать: как вы расцениваете свои шансы выяснить то, что лондонская полиция не смогла обнаружить за четыре десятилетия?
Робин не сомневалась, что Рой спланировал это агрессивное вступление во время длинной и мучительной паузы.
– Шансы невелики, – как ни в чем не бывало ответил Страйк, принявшись за большой кусок торта, который подала ему Синтия, – хотя у нас появились новые сведения о том, что вашу первую жену якобы видели после исчезновения, и я хотел бы это с вами обсудить.
У Роя вытянулось лицо.
–
– О, спасибо, – сказала она слабым голосом. – Кофейный с грецкими орехами, Анна в детстве его обожала… правда, детка? – спросила она, но ответом ей была только напряженная улыбка.
– Мы услышали об этом от одной из бывших коллег вашей жены – от Дженис Битти.
Рой покачал головой и нетерпеливо пожал плечами, давая понять, что имен не помнит.
– Она была процедурной медсестрой в амбулатории «Сент-Джонс», – уточнил Страйк.
– Ах да, – вспомнил Рой. – Вроде она как-то раз приезжала к нам на барбекю. Весьма приличная с виду женщина… тот день обернулся катастрофой. Полной катастрофой. Дети вели себя безобразно… помнишь? – обратился он к Синтии.
– Да, – быстро ответила Синтия, – нет, был только один мальчик, который действительно…
– Подмешал кое-что в пунш! – рявкнул Рой. – Водку. Одну гостью вытошнило.
– Глорию, – подсказала Синтия.
– Имен не помню, – нетерпеливо отмахнулся Рой. – Заблевала всю ванную комнату на нижнем этаже. Такая мерзость.
– Не иначе как мальчика звали Карл Оукден? – спросил Страйк, незаметно доставая из кармана блокнот.
– Именно так, – сказал Рой. – Впоследствии мы нашли спрятанную в сарае пустую бутылку из-под водки. Мальчишка пробрался в дом и выкрал ее из нашего бара.
– Да-да, – подтвердила Синтия, – а потом еще разбил…
