Рифкин скептически хмыкнул, но махнул рукой, мол, иди за мной. Мы прошли через кишащий людьми холл, пересекли несколько больших рекреаций, где туда-сюда сновали лекари в таких же, как у меня, светлых костюмах. Я жадно рассматривала место, где мне предстоит работать и учиться. В отличие от гнетущей мрачности Школы темных и пугающей неизвестности Школы Бури здесь я чувствовала себя чуть лучше. Как будто светлая магия вокруг придавала сил.
Мы уходили все дальше и дальше от центрального крыла, куда-то прочь от палат и лабораторий, в ту часть лекарского дома, что считалась вспомогательной. Я заметила таблички «Отдел жалованья», «Отдел взаимодействия с Домами Стихий». Множество, десятки, а то и сотни личных кабинетов лекарей. Здесь было меньше света и суеты, и я с сожалением думала о белоснежных коридорах крыла для особо важных пациентов, где мы с Элаем лежали. Лекарскому дому явно не хватало денег.
Наконец Рифкин остановился у неприметной двери. Краска на ней со временем пожелтела и местами потрескалась, а табличка если когда и висела, то уже много лет пылилась на складе или на помойке. Мужчина толкнул дверь, впуская меня в крохотную клетушку без окон. Кроме стола, заваленного бумагами, и хлипкого на вид стула, здесь больше ничего не было.
– Ну а вот и рабочее место. Приберись здесь и рассортируй документы. Проверь, чтобы все истории болезней были заполнены по правилам. Если где-то пропущена информация о пациенте, сходи в архив и восстанови. Если где-то повреждены листы, неразборчивый почерк или пятна – переделай. У тебя два перерыва по пятнадцать минут и полчаса на обед. Перед тем как уйти, зайди ко мне и отчитайся: какой объем работы выполнен. На этом все.
– А… – Я открыла было рот.
– Какие-то вопросы?
Это точно входит в курс обучения светлой магии? Ладно, я, конечно, допускала, что мне не дадут никакой серьезной работы в первый же день (хоть и очень надеялась), но с утра до позднего вечера перекладывать бумажки?!
– Нет, мне все понятно.
– Тогда приступайте. Если вам, адептка Рейн, хватит ума напортачить с бумагами, то к живым людям я подпущу вас только через мой труп. Удачного дня.
Со вздохом я окинула царящий в каморке хаос взглядом.
– Я, конечно, не предсказатель, но Кейман может быть недоволен.
Кажется, он тоже чуть иначе представлял обучение светлой богини.
К концу дня у меня болели голова, спина, шея и руки. Я изрезала бумагой пальцы и ладони, оцарапала локоть о стеллаж и, казалось, готова умереть прямо на рабочем месте. Но упрямо продолжала разбирать документы вплоть до того, как в кабинет заглянула какая-то девушка.
– Ты Коралина, да? – спросила она.
– Да. Новый стажер.
– Рифкин велел передать, что твой рабочий день закончился. У него сложный пациент.
Я вздохнула. Не успела разобрать даже половину папок. И хоть в комнате стало ощутимо чище и просторней, все равно чувствовала раздражение. В основном потому, что в следующий раз мне наверняка велят все доделать, а значит, еще пара дней стажировки коту под хвост.
– Ты не была на обеде. – Девушка с интересом меня рассматривала, пока ждала, когда я соберусь и она сможет закрыть дверь.
– Я взяла перекус с собой.
Кейман дал денег на обед и мелкие траты, но я почему-то чувствовала неловкость из-за того, что он меня содержит.
– Меня зовут Элиса. Я младший лекарь. Ты правда учишься в Школе Бури? Говорят, туда не берут светлых.
– Да, мой опекун настоял. Он там преподает и захотел, чтобы я была поближе. На самом деле довольно сложно: я единственная светлая. Не с кем поболтать, не у кого списать. Одна на всех занятиях, и спрашивают только меня.
– Кошмар! – Кажется, Элиса искренне мне посочувствовала. – Но Школа Бури – это все равно круто. О ней ходит столько слухов. А правда, что вход в нее возможен только через портал?
– Правда, – улыбнулась я.
– А правда, что у адептов там неограниченный доступ к крупицам? И им не нужно их покупать?
– Если честно, то не знаю. Мне выдает крупицы опекун.
– А почему тебя воспитывает он? У тебя нет родителей?
Она заметила, как я помрачнела, и спохватилась:
– Прости! Я ляпнула, не подумав!
– Все в порядке. Да, у меня нет родителей, я выросла в приюте во Фригхейме. А опекун помог мне с гражданством и на протяжении года несет за меня ответственность. Таков закон.
– Ого! Ты не только учишься в Школе Бури, но и приехала с севера!
Моя новая знакомая бегло глянула на часы и спохватилась:
– Мне пора, Рифкин убьет, если я опоздаю! Но ты должна мне рассказать о севере. И о школе. И об опекуне! Давай пообедаем в следующий раз? В столовой необязательно что-то покупать, можно прийти со своим. Так многие делают!
– Хорошо, – улыбнулась я. – Я не против пообедать.
Элиса унеслась работать, а я направилась к порталу. В откровенно неудачном дне появились просветы. Было бы здорово познакомиться с кем-то… обычным. Не с принцем, не с сильнейшим магом, не с богом или его сыном. А с обычной девушкой, светлым магом, работающей лекарем. Выспросить все о работе, упросить помочь найти подход к Рифкину, обменяться новостями и поделиться печалями. Да, было бы здорово.
