– Дарк… – Она зашептала, так чтобы не услышал Редран, но Даркхолду подумалось, что он все равно слышит. – Что теперь будет? Как мы будем жить дальше?
– Все в порядке.
Он растерянно погладил ее по волосам.
– Все будет хорошо.
Вот и вновь, кроме Одри, у него никого нет. Как будто только так и никак иначе было правильно.
Мысли то и дело возвращались к подсвечнику. Я сидела у окна, наблюдая, как Дарк и Одри… молчат. Молчат, словно им не нужны слова, чтобы понять друг друга. Молчат, наконец-то встретившись и успокоившись.
Я то и дело отвлекалась на упавший подсвечник.
Это я. Я уронила его! Я так хотела привлечь внимание Дарка, я столько кричала в надежде, что он услышит, что, когда этот демонов подсвечник упал от яростного отчаянного толчка, а никто даже не вздрогнул, едва не разрыдалась.
И сейчас он все еще лежал там, в пустой гостиной. Как напоминание о том, что даже если я совершу нечто невозможное, для живых это останется всего лишь сквозняком, случайным порывом ветра.
Думать об этом не стоило, ибо вечное призрачное безумие хуже, чем просто существование в виде бесплотной тени. Но если я не думала о подсвечнике, то сгорала от ревности. При виде Одри и Дарка, сидящих в погруженной во мрак комнате. Она была рядом с ним, могла говорить с ним. Тянула руки к огню, тепла которого я не чувствовала.
Можно было подумать, что я ревновала Даркхолда к Одри. Но на самом деле я ревновала его к ее жизни.
– Мне это не нравится, – произнесла Одри. – Они хотят тебя использовать.
– Многие в этом мире хотят меня использовать. – Дарк пожал плечами. – Бавигор хотя бы честно признаётся в том, как именно. Те, кому я пытался верить, до честности не снизошли.
– И ты веришь Редрану?
– Я верю поступкам. Он вытащил тебя и позволил нам увидеться. Он рассказал о моей матери.
При этих словах Даркхолд едва заметно поморщился. Мне хотелось кричать, чтобы он бежал! Возвращался в Штормхолд, дал Кейману шанс. Что здесь его ждет только тьма – я чувствовала это всем существом.
Но от моих попыток привлечь внимание лишь едва заметно шевельнулась занавеска.
– Скоро узнаем, лжет ли Редран. Если он прав, если Деллин позволила Коралине умереть, то магия вернется.
– И что тогда?
Одри не скрывала страха. Она поежилась и закуталась в плед. Ревность немного унялась: несмотря на вынужденную разлуку и выстраданную встречу, Дарк и Одри держались друг от друга на расстоянии, и это не было похоже на искусственную сдержанность, готовую рухнуть в любой момент. Похоже, они действительно понимали друг друга с полуслова лишь потому, что когда-то их судьбы оказались связаны жестоким темным магом.
– Тогда я уничтожу каждого, кто позволил этому случиться. И Деллин ди Файр в первую очередь.
– Дарк, а если они этого и хотят? Твоими руками уничтожить Штормхолд?
– Они хотят, чтобы я стал их королем.
– Да, но каким королем ты должен стать?
Я всегда недооценивала Одри. Она была гораздо умнее, чем казалась на первый взгляд. Сейчас она говорила то, что я так старалась прокричать.
Но вот что забавно: важны не только слова, но и голос, который их произносит.
Ее голос утонул в темноте.
Одри ушла далеко за полночь, оставив Даркхолда наедине с затухающим камином и… со мной. Я села возле огня, там, куда был прикован его взгляд, и представляла, что однажды он меня увидит. Если очень долго будет всматриваться, то заметит, как потухли краски пламени, как словно через мутное стекло тлеют угли. Достаточно заметить лишь капельку – и тогда он сможет увидеть все.
Медленно тянулось время. Он все так же сидел на полу, расправив перепончатые крылья. А мое сердце разрывалось от невозможности хотя бы прикоснуться.
– Мне казалось, впереди так много времени. Вечность… Кейман говорил, у меня есть целая вечность. Успеется и выучиться, и стать сильнее, и наговориться, и… все остальное. Я думала, у нас столько времени для того, чтобы все наладилось. Ну знаешь, проще избегать тебя и верить, что пройдет время и все как-то рассосется само собой.
– Мы ведь были связаны одной вечностью, – вдруг произнес Даркхолд.
Я вздрогнула. Он смотрел прямо на меня, говорил… но не видел.
– Я думал, впереди так много времени.
– Но его оказалось так мало. И я даже не успела тебя узнать.
– И я даже не успел тебя полюбить.
– Теперь я могу облететь весь мир, но не способна заставить себя уйти.
– Я каждый вечер хотел позвать тебя полетать. Как тогда, в моем замке.
– Я бы согласилась в ту же секунду.
– Что бы ты сделала сейчас, Коралина?
– Вернулась бы! – Я вскрикнула и вскочила. – Даркхолд! Да услышь же ты меня! Вернись туда, вернись к Кросту! Не слушай их, не верь ни единому слову, они сделают из тебя второго темного бога! Дарк… ты же знаешь, что такое страх. Ты же видишь, что они собираются сделать! Неужели ты хочешь быть тем, кто поведет демонов против безоружных и растерянных людей? Даркхолд, очнись!
– Ты так верила им, что уговорила бы меня вернуться.
– Вернись. Вернись. Беги!
На миг показалось, словно Даркхолд меня услышал. Что-то в его взгляде мелькнуло такое… как иногда я замечала в его замке, когда он забывал играть свою роль.
