Войдя через ворота, мы попали во двор, длина и ширина которого не превышали двадцать чи. Прошли немного вперед и остановились в главном обрядовом зале; боковых и задних залов было не видно. Статуя, вопреки ожиданиям, оказалась всего несколько чи в высоту – размер совершенно не впечатлял. Крошечный двор и главный зал заполнили верующие. Все дышало набожностью и строгой торжественностью, которые передавались любому, кто ступал на территорию святилища. Я наблюдал за этим с большим интересом.
Женщины, сидевшие кружком во дворе, складывали золотистые и серебристые бумажки в квадраты и ромбы [143]. Эти фигурки я помню с самого детства – было принято сооружать из них горку и сжигать ее во время похорон или молитвы предкам, а вот в качестве жертвоприношений духам их не использовали. Фигурки в святилище Дафэна в Бангкоке отличалась по форме от китайских «башмачков» из золотой и серебряной бумаги. Увидев их, я погрузился в размышления…
Раньше считалось, что после смерти человек попадает в загробный мир, где у него нет ни одной знакомой души (в данном случае – «ни демона»), а потому следовало «дать» ему посредством костра побольше денег в эту дальнюю дорогу (я использую неверные термины, не могу вспомнить правильное название, но, кажется, сейчас так еще говорят). Теперь фигурки в виде лодочки или башмачка из золотой бумаги больше не сжигают, ведь умершие перебрались в загробный мир давным-давно, вероятно, некоторые из них занялись там коммерцией, приобрели богатство и влияние. Зачем им деньги потомков? А может быть, причина в том, что деньги в загробном мире все равно что пятое колесо у телеги – мертвым не нужны золотые «башмачки».
Так, переключаясь с одной мысли на другую, я немного отвлекся. Но раз уж об этом подумал, должен сделать заявление: упомянутые предки – это китайцы, а не тайцы.
Вернувшись из мира фантазий, я вновь оглядел главный молельный зал и невысокую статую Дафэна. Учитель сидел совершенно прямо, перед божницей были расстелены молитвенные коврики, люди, стоя на коленях и сложив руки на груди, шептали молитвы. Какие каноны они вспоминали, что говорили – известно только им самим.
Ниша для статуй была заполнена ярко горящими свечами, в зале курились благовония. Учитель Дафэн улыбался, рот его был приоткрыт, и, казалось, слова вот-вот сорвутся с губ. Он словно посылал милость и счастье стоящим перед ним верующим. Воздух в зале был насыщен ароматами так сильно, что у меня затуманился взор. В подвижном, как облака или туман, мареве я вдруг смутно увидел пострадавших от стихийных бедствий, которым помог Дафэн, умерших, которых он похоронил, увидел даже то, как он просил подаяния и строил мост у себя в деревне. Дафэн и сам стал золотым мостом, соединяющим китайских эмигрантов с родиной, а улыбка Учителя вызывает у людей ощущение благодати.
С этими мыслями я покинул святилище Дафэна.
Доктор Чжэн Улоу родился в семье коммерсантов. Он получил отличное экономическое образование, любит и понимает культуру и без устали занимается самосовершенствованием. Настоящий эрудит, говорящий на нескольких восточных и западных языках, он владеет искусством каллиграфии и способен оценить древнекитайскую живопись. Чжэн Улоу содействует развитию культуры Китая и Таиланда, он словно перекинул мост дружбы между тайским и китайским народами, благодаря ему обрели тесную связь понятия «патриотизм» и «интернационализм». Доктор Чжэн Улоу любит людей и соблюдает этикет; невозможно пересчитать, сколько добрых дел он совершил, за что и пользуется заслуженным уважением в обществе. Даже в преклонном возрасте он обладает такой энергией, которой может позавидовать молодежь. Этот кажущийся обычным, но на самом деле выдающийся человек сочетает в себе много разных и порой несколько противоречивых черт.
Может ли такой удивительный человек существовать в реальном мире? Может! Доктор Чжэн Улоу – крупный бизнесмен и педагог, яркий представитель китайского иммигрантского сообщества в Таиланде.
Как гласит китайская поговорка, репутация идет впереди человека. Еще говорят: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Я еще раз убедился в правдивости этих выражений, познакомившись с доктором Чжэн Улоу лично. За последние несколько лет мне не раз приходилось слышать его имя. Я не слишком разбирался в том, что происходит в Таиланде, но, так как это было связано с работой, мне хотелось узнать о нем больше. За последние сорок-пятьдесят лет мне посчастливилось подружиться со многими тайцами, среди которых есть специалисты по Китаю, преподаватели и даже один известный писатель. Также я познакомился с несколькими китайцами – гражданами Таиланда с факультета Восточных языков Пекинского университета: госпожой Фань Хэфан, господином Хоу Чжиюном, господином Чжэн Сяньмином и другими. Благодаря им мои знания о Таиланде стали глубже, но посетить эту страну и лично познакомиться с доктором Чжэн Улоу все никак не удавалось.