Слева и справа от статуи стоят кровати из женской половины дома, их убранство поражает своей роскошью и красотой. Говорят, что Тяньхоу поочередно спала сначала на одном ложе, а затем на другом. Наверняка этому есть какое-то объяснение, но порой чем меньше мы, простые смертные, знаем о делах небожителей, тем лучше. Не буду более думать об этом, а просто погружусь в красоту, что меня окружает.
Павильон Пэнлайгэ расположен на самом верхнем ярусе, он невелик – всего два этажа. В древности о нем говорили: «Протяни руку с павильона Пэнлайгэ – и дотронешься до неба».
Это довольно поэтическое преувеличение становится понятным, когда, стоя на самом верху лицом на север, смотришь в бескрайнее море и представляешь, как тело обретает легкость и поднимается ввысь, к облакам. Тогда-то и начинаешь верить стихам, а в памяти всплывают четыре строки, выгравированные на стенах во дворе храма:
Вот и сейчас образ трех священных гор Пэнлай, Фанчжан и Инчжоу возник передо мной, будто сами небожители посетили павильон Пэнлайгэ этим туманным утром.
Легенда гласит, что Восемь даосских бессмертных хотели пересечь море, и путь их начался именно здесь. Статуи этих знаменитых даосов, украшающие павильон, держат в руках талисманы, помогавшие их прототипам во время долгого и опасного путешествия проявить свои способности и умения. Наибольшее внимание привлекает фигура Люй Дунбиня – сказания и легенды о нем известны всему Китаю. Особенно любопытной мне кажется история его фамилии и имени. Однажды Люй Дунбинь с женой спасались от беды и укрылись в пещере. Супруги жили там некоторое время, относились друг к другу с уважением, поэтому даос стал называть себя Люй [326] а имя выбрал Дунбинь [327]. Это очень занимательная и странная история, в которую сложно поверить. Думаю, как и в случае с кроватями богини Тяньхоу, нам, простым смертным, лучше не проявлять излишнего интереса к личным делам небожителей, а любоваться красотой, что перед глазами.
В центре павильона был стол, окруженный старинными стульями, тут же стояло кресло с резной спинкой и подлокотниками, по легенде принадлежавшее самому Люй Дунбиню; говорят, любой, кто сядет в это кресло, станет бессмертным. Среди нашей группы путешественников самым пожилым был Люй Шусян [328], и фамилия как раз подходила – Люй. Поэтому мы, смеясь, единодушно выдвинули его кандидатуру, чтобы сесть в это кресло. И просили богов даровать ему бессмертие.
Некоторые посетители храма рассматривали статуи даосов, другие вели о них беседы, многие почтительно слушали эти рассказы, но были и такие, кто не верил ни единому слову.
Бессмертные святые действительно представляются чем-то туманным и эфемерным. Однако фантазии порой становятся реальностью, особенно в таком удивительном месте. Я не раз слышал о миражах в море и завидовал тем, кому посчастливилось увидеть это редкое явление. Великий литератор периода Сун Су Ши пять дней занимал пост начальника округа Дэнчжоу [329] и написал стихотворение, которое называется «Мираж в Дэнчжоу». Поэт дополнил его коротким предисловием, приведу здесь оба этих текста: