Встреч с господином Фу Сынянем у меня было немного, самая важная из них состоялась при приеме в штат Пекинского университета, где он был исполняющим обязанности ректора. Говорят, ведая делами университета, он действовал от лица господина Ху Ши. Весь преподавательский состав Пекинского университета, вернее, «лже-Пекинского университета», служил Японии вплоть до ее капитуляции. Однако обстоятельства каждого человека всегда индивидуальны. Некоторые сознательно продались врагу, совершали ужасные и постыдные вещи, теряли личное достоинство и уважение к своей стране. Для других это был вынужденный поступок, способ выжить. Каждую ситуацию следует рассматривать отдельно. Господин Фу Сынянь знал, что Ху Ши был великодушен к людям и не выносил, когда его упрашивали или уговаривали что-то сделать. Фу Сынянь взял на себя решение дел с «плохими людьми», поступал смело и решительно, никому не давал пощады, увольнял поголовно тех профессоров, работать с которыми было проблематично. Говорил, что он «расчищает дорогу и убирает мусор» для господина Ху Ши, возвращает Пекинскому университету облик «Чистой земли» для благополучного возвращения своего учителя. Этот был критический момент в истории университета, и это время очень запомнилось мне, новому сотруднику. Естественно, я испытываю чувство глубокого уважения к господину Фу Сыняню.
На Тайване есть филиал университета Цинхуа, но, к сожалению, нет филиала нашего Пекинского университета. Правда, его филиалом считают Тайваньский университет, где Фу Сынянь занимал должность ректора, и это справедливо. В этот раз мы прибыли сюда втроем, и я оказался единственным, кто видел Ху Ши и Фу Сыняня при жизни. Они были ректорами Пекинского университета, поэтому было естественно посетить их могилы. В знак глубокой скорби мы принесли свежие цветы и положили их на надгробия. Я склонил голову у могилы господина Фу Сыняня. Разные мысли и вопросы пронеслись в моей голове. Братские народы по обе стороны Тайваньского пролива были насильно разделены на пятьдесят лет – неужели до сих пор не представилась возможность для их мирного объединения? Чтобы встретиться с родственниками, нужно было лететь сначала до Гонконга и только оттуда – на Тайвань. Разве не должна завершиться эта созданная руками людей трагедия? Разве Пекинский и Тайваньский университеты не должны объединиться? Надеюсь, когда в следующий раз мы придем на могилу господина Фу Сыняня, эта несправедливость будет исправлена.
Мы выехали из Тайбэя и проехали несколько десятков ли на восток. Слева поднимались и опускались высокие и низкие горы, справа простиралась равнина; многоэтажные дома чередовались с полями; по обе стороны дороги росли деревья с пышными кронами. Климат в Тайбэе, пожалуй, похож на куньминский, как говорится, все четыре сезона лето, как только пошел дождь – наступила осень. Здесь в любое время года цветут самые разные цветы, зеленеют деревья, стелется ковром трава. Мы словно попали в цветущую вселенную.
Место будущего расположения – у подножия горы неподалеку от моря – и название ассоциации «Фагушань» выбирал сам буддийский наставник высшего ранга, учитель Шэнъянь. В буддийских канонах, переведенных на китайский язык, часто встречается фраза: «Дуть в монастырский сигнальный рог фало, бить в монастырский барабан фагу». Это означает, что, подобно резкому звуку рога и низкому бою барабана, буддийское учение наполняет весь мир, все живые существа избавляются от страданий и отправляются в Чистую землю. Учитель Шэнъянь приобрел участок в этом горном массиве, чтобы основать здесь буддийский университет Фагу. Он мечтал создать такое место, где талантливые люди, в которых так нуждается общество, могли бы развивать свои умения. Ректором университета стал бывший заведующий Центральной библиотекой на Тайване профессор Цзэн Цзицюнь – опытный, сведущий, доброжелательный ученый средних лет. Также в Фагушане учредили Центр исследований китайского буддизма во главе с профессором Ли Чжифу. Учитель Шэнъянь добился финансирования этого проекта в размере шести миллиардов тайваньских долларов, началось проектирование зданий для размещения этих организаций. Строительство уже началось, в ближайшие несколько лет на пустынном холме вырастут буддийский храм и учебные корпуса. Они будут такими высокими, что коснутся солнца, благодаря им наступит расцвет национального образования и буддийских исследований… Мои мысли унеслись далеко, я погрузился в мир грез: чертоги небожителей возносятся к небу, волшебные деревья достигают верхушками струящихся облаков, сияют луна и звезды, предвещая счастье.