Добравшись до гостиницы и оставив багаж, мы сразу отправились на прибрежную площадь, где должно было состояться городское собрание в нашу честь. Такой прием нас очень тронул! На подступах к площади мы слышали гул человеческих голосов и шум аплодисментов: взрослые и дети были единой радостной толпой. Больше всего нас поразили фейерверки, которые в Китае устраивают только по случаю праздников. Вслед за громкими хлопками огни взлетали в ночное небо и превращались в удивительные экзотические цветы, горящие яркими красками.
Изумленные, мы поднялись к президиуму, где нас ожидали мэр, ректор университета и министр, приехавший из города Тривандрам, административного центра штата Керала. Собрание началось. Судя по количеству людей и шуму доносившихся со всех сторон аплодисментов, на встречу с нами пришли не менее десяти тысяч жителей города. Восемь девушек, одетых в яркую одежду, что-то несли в руках. Ступая маленькими, но ритмичными шагами, они медленно, словно движущиеся цветы, поднялись на сцену перед президиумом. У меня рябило в глазах, я видел танцующие круги больших и маленьких цветов, это походило на сон. В ушах стоял звон поясных подвесок. Затем вывели слона, на спине которого сидел мужчина – он похлопывал животное зонтиком от солнца. Слон с головы до ног был увешан украшениями: золотом, серебром, кораллами и жемчугом, свисающим гроздьями. Все украшения были покрыты затейливыми узорами, сверкали, переливались всевозможными цветами и ослепляли. Эта сцена выглядела совершенно сказочно. Животное вовсе не походило на слона, оно казалось волшебным гигантом, причудливым дворцом или скалистой горой и величественно возвышалось прямо перед президиумом. Индийские легенды говорят о владыке трех небесных царств Шакре, который иногда выходит на прогулку. Разве не это мы наблюдали? Санскритский эпос и другие произведения часто описывают жизнь в императорских дворцах. Разве эта сцена не так же роскошна? Индийская природа пестра и многоцветна. Разве этот слон не есть ее олицетворение?
Одну за другой нам дарили гирлянды. Сколько людей, сколько организаций преподнесли нам цветы, я не вспомню. Никто из нас не говорил на малаялам [68], а председатель зачитывал названия именно на этом языке. Самые разные люди – чиновники и крестьяне, студенты и преподаватели, мужчины и женщины, старые и молодые – беспрерывно подходили к столу и вешали нам на грудь бусы из цветов. Нас одарили по меньшей мере восемьдесят человек. Все гирлянды были разными – длинными и короткими, массивными или изящными. Они были составлены из самых разных цветов: белые жасмины и туберозы, красные китайские гвоздики, желтые чайные и пурпурные розы, и множество других неизвестных нам… Все они были соединены золотыми нитями и связаны. Я просто не могу представить, сколько энергии потратили наши индийские друзья, чтобы сплести их, сколько глубокой привязанности и крепкой дружбы было заплетено в эти подарки! Бусы надевали на шею, порой аромат цветов был насколько сильным, что бил в нос, а порой от венка на груди чувствовалась приятная тяжесть. Душа у меня бурлила и клокотала, я был настолько тронут, что просто потерял дар речи. Ожерелья все опускались и опускались на плечи – до тех пор, пока цветы не заслоняли мне глаза. Тогда я осторожно снимал их и клал на стол. Но тут же на шее появлялись все новые и новые бусы. Я стал цветочным человеком, я стал кучей цветов, я стал горой цветов, я стал морем цветов. Один из индийцев, смеясь, сказал мне: «Сегодня на вас повесили не меньше тонны цветов». Жаль, что у меня не четыре головы, как у Брахмы [69] – о, если бы я имел четыре шеи, каждая из них могла бы взять на себя часть бремени гирлянд, а еще восемь рук, чтобы принимать их. Но лучше всего быть как Равана из «Рамаяны»[70] – иметь десять голов, ведь тогда и количество шей увеличится до десяти, а рук вообще будет двадцать. Так держать тонну цветов будет намного легче. Я прекрасно понимал, что эти цветы дарят не лично мне, но всему Новому Китаю, всему китайскому народу. Нам выпала честь принять эти дары. Разве есть что-то более радостное для простого человека?
Собрание завершилось. Перед тем как глубокой ночью вернуться в отель, мы словно побывали в царстве бессмертных небожителей – посетили роскошный банкет, устроенный мэром города в нашу честь, где насладились традиционным танцем южной Индии. Всюду нас сопровождали четыре министра. Так мы и провели этот наполненный множеством событий вечер.
На следующий день принимающая сторона организовала для нас прогулку на кораблике в порту Кочин. Мы сели в лодку и поплыли по зеркально-гладкой воде, огибая извилистые берега рыбацкой гавани. Всюду на деревянных каркасах стояли сети. Хозяин лодки говорил: «Местные называют их китайскими сетями». Мы сделали остановку на маленьком островке, густо поросшим пальмовым лесом. Хозяин спросил: «Посмотрите на постройки на этом острове, они похожи на китайскую архитектуру?»