— Пейте-ка лучше вдвоем, — нахмурился Иван. — Я водку с вином не мешаю! Еще разболится голова назавтра…
— Ну, и что? — возразил Шорник. — Так у нас еще есть бутылка «красной»? Утром опохмелимся!
— Вы-то можете опохмеляться, — буркнул Зайцев. — А мне в штабе сидеть! Еще не хватало, чтобы кто-нибудь из начальства догадался! Прощай тогда мой отпуск!
— Ну, что ж, — кивнул головой Шорник. — Не хочешь — как хочешь! Нам больше достанется…
И они стали пить вино вдвоем.
Опорожнив и эту бутылку, воины разговорились.
— Вернусь домой, — сказал Дергунов, — ох, и заживу же я тогда! Не надо будет вставать спозаранку — сам себе хозяин!
— А что, разве тебе не придется вставать по утрам на работу? — усмехнулся Иван.
— Да я устроюсь где-нибудь при министерстве, — ответил Дергунов, — чтобы больше получать и ни хрена не делать. Да еще, чтобы можно было приходить на работу, когда мне вздумается!
— Да где же ты найдешь такую работу? — засмеялся Зайцев. — Покуда я знаю, на работе просто так, ради красивых глаз, людей не держат!
— Ну, это ты не знаешь, — возразил Дергунов. — Когда есть связи, знакомства, такое несложно!
— Видишь ли, Иван, — вмешался Шорник. — У Игоря есть весьма влиятельные родственники в Москве!
— Правда, Игорь? — спросил Зайцев.
Дергунов надулся от важности так, что, казалось, вот-вот лопнет. — А ты как думаешь? — с гордостью произнес он. — Разве можно, не имея связей, попасть сюда к вам на какие-то полгода, а уволиться с записью в военном билете о двухгодичной службе?
— Да ну? — удивился Иван. — Так ты что, разве раньше не служил? Говорили, что ты полтора года прослужил в какой-то московской части, а затем был прислан к нам. Я думал, что ты там каким-то образом проштрафился…
— Если бы я проштрафился, — улыбнулся Дергунов, — меня послали бы куда-нибудь в отдаленную местность. Например, копать ямы. А тут я — кум королю — никто не придирается да и при деле вроде…
— А чего же ты вообще прибыл в нашу часть? — не унимался Зайцев. — Если у тебя там такие связи, почему бы тебе совсем не служить? Отметили бы в военном билете срок службы — и порядок!
— Не все так просто, как ты думаешь! — возразил захмелевший Дергунов. — А проверки? Нужно, чтобы документы были в полном порядке! Кто знает, что дальше будет? Начнут проверять, где я служил, а меня-то и нет в списках личного состава части!
— А как же ты принимал присягу? — поинтересовался Иван. — И в какой части ты раньше числился?
— В вашей части и числился! — ответил Дергунов. — Я даже присягу принимал в первой роте учебного батальона! Приехал я сюда в штатском костюме вместе с дядей — генералом. Переоделся в военную форму, зачитал присягу — и назад домой!
— Все равно странно, — не верил Зайцев. — Почему же тогда твой дядя не распорядился освободить тебя вообще от службы? Все-таки отбывать полгода в незнакомой роте среди неизвестно каких людей — тоже не большое удовольствие!
— Видишь ли, — поморщился Дергунов, — тут получилась одна неприятная история. Какой-то гандон проведал о моей фиктивной службе и написал то ли анонимку, то ли что-то в этом роде! Одним словом, дело могло получить неожиданный оборот. Кому охота, чтобы разразился скандал? В конце концов, там в министерстве обороны имеется немало желающих занять кресла моих дяди или дедушки…В общем, пришлось ехать сюда, чтобы не рисковать своим положением!
— А кто у тебя дядя и дедушка? — простодушно спросил Иван.
Дергунов покраснел и мотнул головой. — Ну, и вопросы ты задаешь! — буркнул он.
— Хватит, Иван, тебе и того, что ты услышал! — вмешался в разговор Шорник. — Я думаю, что нам пора кончать, а то мы и так уже слишком долго тут сидим. Пошли-ка в роту!
Г Л А В А 16
З Л О П О Л У Ч Н Ы Е К О Н С Е Р В Ы
Первые дни марта были ветреными и холодными. Днем случались оттепели. Текло с крыш. Таял снег. Возникали лужи. Воины чувствовали себя очень неуютно, выходя в такую погоду на улицу: ноги моментально становились влажными.
Солдаты роты часто болели. Да и Зайцев в последние дни что-то недомогал: сырость вызывала у него озноб. Особенно страдали в эти мартовские дни те воины, которые еще не получили новые пары сапог, выдаваемых один раз в год.
Даже Зайцев, получивший недавно новые сапоги и проходивший в них всего три месяца, старался обходить каждую лужу или впадину на асфальте: кирзовая обувь была ненадежна и пропускала воду.
Как-то, вернувшись из столовой в штаб и намочив ноги, он рассказал об этом своему начальнику Потоцкому.
— Так ты бы обратился к заведующему вещевым складом товарищу Лагуткину, — посоветовал начпрод. — Он бы подыскал тебе на складе что-нибудь подходящее.
— Но ведь у меня и так есть новые кирзовые сапоги, — возразил Иван. — Чем он может мне помочь? Даст другие, а они тоже будут протекать…
— Конечно, хромовые сапоги тебе не дадут, — кивнул головой Потоцкий. — Хотя, впрочем, на складе имеются и яловые сапоги, а они совершенно не пропускают воду!
— Неужели? — удивился Зайцев. — Но ведь яловые сапоги тоже положены только офицерам? Кто же мне разрешит нарушать форму одежды?
