«Конечно. Выбери свой и отдай остальные».
Максим присмотрелся к камням, перекочевавшим в его ладонь. Надо же, у них не было даже магического поля! Хотя это логично, учитывая всё, что он узнал. И всё же, увидеть такое своими глазами… Как Патриция не заметила? Или заметила, но промолчала? Господи, какими же утомительными после общения с простодушными студентами и шидом кажутся эти игры во власть, даже такую мелкую, как взаимоотношения или коммерческое преимущество!
Так, что-то как-то многовато саморефлексии. Которая, как известно, в больших количествах разъедает защитное самомнение и подтачивает уверенность в себе, лишая решимости действовать. Воздух здесь что ли, какой-то особенный?
Макс вытряхнул лирику из головы и посмотрел на образцы с практической точки зрения. Что именно в ручке Коха сделано из гемадила, он заметить не успел, но, судя по отблеску и тому, что вброс прошёл незамеченным, что-то совсем небольшое. Поэтому самый мелкий камень преподаватель сразу отдал Альбине. Та затолкала его поглубже в карман джинсов, которые предусмотрительно надела «в поход».
Два других по размеру были примерно одинаковы, отличались только по конфигурации: один покубичнее, второй ближе к параллелограмму. Потом, когда время позволит, этим бесформенным осколкам имеет смысл придать вид какого-то украшения или сувенира… И Макс предпочёл бы что-то плоское, умещающееся в карман — например, брелок. Так что он выбрал продолговатый камень, а оставшийся тоже отдал Ученице.
После этого студенты, как по команде — видимо, мысленной, — отсели подальше.
Эаолай взял руки мага, сложив их лодочкой, с камнем внутри, а потом разум на пару мгновений накрыла странная пелена ясности. Но с каким-то подтекстом.
«Вложи мысль, которая дорога твоему сердцу».
Макс подумал про безопасность, но тут же был перебит: «Ум тебя обманывает, а сердце — никогда. Не ищи мысли, ищи чувства».
Чувства… чувства… Чувство безопасности искать что ли?
«Не отсутствие. Наличие. Желание должно быть истовым, чтобы сработать».
Ладно. Чего же он хочет в глубине души? Стоило задаться вопросом, как из подарочной ясности всплыло совсем недавно испытанное жгучее желание всегда быть самим собой, без всяких влияний и ограничений.
«Да! — радостно одобрил шид. — Вложи это в камень скорей, пока ярко».
Тёплая волна, родившись из сердца, прокатилась по телу и через руки ушла в осколок. Это не было магией. А инфомагию Макс заметить не мог. Оставалось только гадать, сколько ещё всего неизмеримого, но доступного всякому действует в мультивселенной.
Шид отнял руки, ясность ушла. Зато включились мысли. И напомнили о других министрах, подмятых Краузе.
— А можно попросить ещё несколько камушков? — спросил Максим. — У нас есть ещё несколько важных людей, которые попали под чужое влияние. И неплохо бы обезопасить остальных членов правительства.
«Сколько?»
Макс понятия не имел, сколько у них министров. Никогда не считал. К тому же, наверное, надо снабдить каких-то дополнительных лиц, вроде начальника безопасности, спикера, избранных оперативников…
«Просто покажи», — Эаодил свёл и развёл ладони.
То есть он хотел знать объём, а не число? Это ещё сложнее…
— А сколько достаточно на одного? Чтобы не перебили влияние.
«Размер не имеет значения. Только чистосердечие. Лишь бы не потерять».
Мысленно почесав затылок, Максим решил, что сантиметр на сантиметр, как в запонках, достаточно. Если министров примерно двадцать-тридцать… Эаолай терпеливо ждал ответа.
Чёрт возьми, Макс вообще не уполномочен и не квалифицирован решать такие вопросы. Для него главное — спасти Коха. А тот пусть обезопасит костяк, который сможет упечь злоумышленника, раз уж личность того наконец установлена. И дальше решают уже без него.
К тому же, на выходе через сутки может оказаться кто угодно. Нет, лучше не жадничать!
Маг сложил ладонь горкой и похлопал себя по карманам.
«Хорошо, я чуть позже принесу».
— А как мне быть уверенным, что, запечатлевая обереги для других, я не подчиню их себе? — спросил он. — Чтобы они не сошли с ума. Да и вообще, не хочу я такой ответственности. Не хватало ещё уподобиться этому злодею.
«Просто желай от души. Как подарок. За который ничего не ждёшь взамен».
Эаолай снова легонько прикоснулся, на этот раз — к локтю Макса, и, в осенившей разум многозначительной ясности, тот понял, что будет запечатлевать: чтобы Кох и все, кому он сочтёт нужным раздать камни, тоже всегда оставались сами собой.
«Хороший посыл. Тебе можно дать сколько угодно», — выдал шид и в следующий миг был таков, опять замерцав куда-то в сторону мёртвого дерева.