Мокрые, продрогшие, мы наконец выбрались на сухое место. Даже капель с потолка прекратилась. Как Чипига в этой мокроте умудрился уберечь светоч, не знаю. Я бы ни за что не смог. Похоже, уровень воды поднимается слишком быстро. Наверное, пройдёт ещё совсем немного лет – и это рукотворное подземелье будет затоплено навсегда.
Мы расположились прямо на полу, растирая ноги после путешествия в холодной воде. Всё-таки сегодняшний день обещает быть легче вчерашнего.
– Уже немного осталось, – сказал Чипига, – меньше версты. Поднимайтесь, лучше на солнышке отдохнёте.
Проход стал меняться. Мне даже показалось, что здесь бывают люди. Когда я спросил об этом Чипигу, он ответил:
– У этих пещер есть свободный выход наверх. Местные старожилы его знают, только бывать им здесь незачем. Разве что ребятишки лазают. Их ведь никакими запретами не удержишь.
Совсем скоро пламя светоча затрепетало. Неподалёку явно находился выход на поверхность, из которого сильно тянуло сквозняком. Чипига погасил огонь. Сначала темнота навалилась на нас, словно тяжёлое тёмное покрывало, но потом мы разглядели впереди светлое пятно – это был выход! Ещё пара сотен шагов – и вот мы уже стоим под ярко-синим полуденным небом.
Мы с Юркой повалились на траву. Рядом тяжело опустился Кирилл, держась за раненую ногу. Лицо его было серым. Видно, что в подземелье он держался из последних сил, не желая никого обременять. Перемена, произошедшая с ним за это небольшое подземное путешествие, была разительной. Вниз спускался выздоравливающий человек, наверх поднялся больной, еле передвигающийся самостоятельно.
– Тут до Курска совсем недалеко, – сказал Чипига, – вёрст десять – пятнадцать. Ордынцы сюда не забредают, здесь литовцы хозяева.
– Спасибо тебе, добрый человек, – поблагодарил его дядя Миша. – Скажи, кому за здравие свечку в церкви ставить?
Но Чипига как будто пропустил вопрос мимо ушей.
– Расскажи лучше, что там про Мамая-то слышно. Вы же из Рязани?
– Из Рязани.
– Люди говорят, князь Дмитрий Московский собирает войско биться с Мамаем ордынским. Правда ли?
– Тоже слышал такое. А тебе зачем?
– Так что ж я – не русский, что ли?
– Ну, коли так, то собирает Дмитрий войско в Коломне, а куда дальше двинет – того не знаю.
– И на том спасибо, Миша. Пойду, что ли, подсоблю со своими орлами князю.
– А как же скорнячество твоё? Иглой туда-сюда кто теперь тыкать будет?
Чипига широко улыбнулся:
– Это дело от нас никуда не денется. А у меня перед ордынцами должок. Отдать надо. Да и ребята мои против не будут. У нас ведь не только русичи. Есть и ордынцы беглые, кому тесно стало в степи со своими ханами да мурзами, и литовцы, кто не пожелал в княжьи холопы идти.
– А что за должок-то?
Чипига как-то по-особенному, лукаво посмотрел на дядю Мишу, усмехнулся:
– Да ты знаешь! Помнишь, как лет пятнадцать назад отбил Олег полоняников у ордынцев? Среди них и я был. Тогда вся моя семья погибла, а меня и других мастеров в Орду погнали.
– Пока я Олегу служу, много всего было. И не упомнишь.
– Ну вот, а говорил – крестьянин, в паломничество направляешься! – засмеялся Чипига. – Хороший ты воин, Миша, но обманывать – не твоё. Для обмана своя прихватка нужна.
Дядя Миша смутился. Это случилось впервые на моей памяти. Да, этот Чипига ловко раскусил его!
– Я хорошо запомнил, – продолжил разбойник, – как вы нас у ордынцев отбили, не дали пропасть православным. Вон шрам у тебя на шее от той схватки остался.
– Было такое дело, – кивнул дядя Миша, – а вот тебя…
– Если б не тот случай, – перебил его Чипига, – думаешь, повёл бы я тебя тайными ходами? Считай, это я тебе долг отдал. А теперь пойду ордынцам отдавать.
Он повернулся и шагнул в сторону входа в подземелье.
– Постой, – остановил его дядя Миша, – как звать-то тебя?
Чипига обернулся и, не останавливаясь, бросил, усмехнувшись:
– Раб божий – обшит кожей! А свечку ставь за победу князя Дмитрия. – И скрылся под землёй.
Некоторое время из темноты доносились его шаги, потом всё стихло.
Вот ведь как бывает! Добро, которое дядя Миша сделал пятнадцать лет назад, вернулось ему. И не только ему, но и всем нам. Не зря Варсонофий говорил, что добрые дела надо творить, не ожидая за них благодарности. Если делаешь всё от чистого сердца, это к тебе обязательно вернётся. В самом деле, стал бы нам этот Чипига помогать, если бы не дядя Миша? Он разбойник, а мы странствующие. Разбойники, наоборот, таких грабят. Хотя разбойники тоже разные бывают. Вон спаситель-то наш мастером был когда-то. Может, тоже кузнецом, как отец. А после плена возвращаться в родное село не захотелось: семья погибла, дом спалили. А может, ещё что-то случилось. Князья ведь не все такие хорошие, как Олег, некоторые и три шкуры с крестьян дерут. Повезло нам, что мы встретили Чипигу!
