И что за фигню он читал? Что-то умное, сложное, психологичное. Высокобровое, из серии тех книг, которые рекомендуют профессиональные критики, но которые даже они сами не выдерживают до конца; но прочтением таких книг приличествует хвастаться, их приличествует держать на видном месте, а когда перевернешь последнюю страницу, ощущений от них остается шиш и немного. У Арчи была еще пара штук таких; если же совсем невмоготу станет, можно скрутиться в город и еще подкупить или обратиться к великой и могучей сети – или что-то еще. И при этом им овладело жутко тоскливое настроение – в начале-то отпуска, считай в его первые сутки.
Часов в семь утра Арчи решил отправиться к морю. Раз делать все равно нечего, раз спать совсем не хочется, то почему нет? Хотя ни к морю, ни в море, если честно, не хотелось. Оно наверняка было таким же, как и в дюжине других мест, в которых Арчи уже побывал; оно и правда было таким же – и не таким: сизоватым – наверное, из-за раннего часа или скал, возможно, из-за каменистого дна. Казалось теплым; но это было совершенно несущественно. Арчи бросил полотенце на камни, подошел к самой кромке воды, замер.
«Вода приятная», – задумчиво подумал он.
«Очень чистая. Побережье славится природными условиями, достаточно только посмотреть, как они себя обзывают», – с готовностью отозвался Арт. На внутреннем экране поплыли бесконечные рекламные слоганы – «Кристально чистые воды», «Удивительно чистая почва», «Сертификат экологического института такого, а еще такого и такого, признанный натуральный климат» и прочее.
Арчи хмыкнул. У него в голове промелькнуло насмешливое:
«Им бы порекомендовать язык подчистить, чтобы он соответствовал их природе».
«Похоже на самодеятельные слоганы», – согласился Арт.
«Угу». – Арчи зашел на пару метров в воду. Задумался: вот то ощущение – это приятно освежающая или все-таки подозрительно прохладная вода?
«Здесь возможны прибрежные течения, приносящую воду из глубоководных областей. Вода может оказаться неприятно холодной для человека», – тут же встрепенулся Арт.
«Для меня критично?».
«Еще чего!» – возмутился Арт.
Арчи засмеялся. Иногда Арт вел себя совершенно по-ребячески. Он пытается имитировать его – или это такие своеобразные зачатки характера в искине утвердились?
«Сомнительная гипотеза, – помедлив, взялся рассуждать Арт. – У меня есть определенные личностные характеристики, но концепт характера слишком сложен и многогранен, чтобы даже в моем случае задумываться о его применении».
«Даже в твоем? – скептически спросил Арчи, отгребая все дальше от берега. – Нет, ты определенно гадкая и самонадеянная сволочь».
«Боюсь, в плане личностных характеристик я всего лишь твое отражение, – лукаво отозвался Арт. – Так что присмотрись к себе, друже».
Арчи засмеялся.
«Не открывай жабры», – бросил он и нырнул. На пару десятков секунд, на полметра, не более. Вынырнул на поверхность, перевернулся на спину, открыл глаза, сощурился солнцу. Вода была приятно свежей – для него. Ему-то было совершенно все равно; будь температура воды плюс четыре градуса, это никаких последствий не имело бы. Все упиралось в то, как Арчи хотел это воспринимать: получать удовольствие или беспокоиться за свое функционирование. И было ли это благословением или наказанием. Ответ Арчи не мог дать. Он – хотел почувствовать то же, что и человек. А что чувствовали люди?
А на берегу стоял человек и с напряженным интересом следил за ним. Арчи встал в воде, обозначил вежливую улыбку, поднял брови. Человеку было лет тридцать-тридцать пять от роду; Арт настаивал на тридцати одном, Арчи склонялся к верхней границе. Рост – сто семьдесят шесть, вес, температура тела, что там еще; Арт осторожно спросил, проводить ли поиск по биометрическим характеристикам – и вообще, начинать тревожиться или подождать пару секунд?
– Доброе утро, – произнес мужчина. – Я, признаться, думал, не следует ли мне помочь вам выбраться на берег.
Арчи выходил на берег, обдумывая его слова.
– Доброе утро, – наконец сказал он, остановившись рядом с ним. – Разве я выглядел беспомощным?
– На несколько секунд. Словно решали какой-то крайне серьезный вопрос. Признаться, здесь особенно легко решить его не в пользу своего здравствования. Но я рад, что ошибался. Мартин.
Он протянул руку.
– Рад познакомиться с человеком, который способен оценить прелести раннего пробуждения… и ранних морских волн, – мягко улыбнулся он, разглядывая Арчи. У него был любопытный, все более заинтересованный взгляд; рот, явно любивший улыбаться, волосы, подстриженные вроде как в угоду моде, и тело, покрытое ровным загаром.
– Арчи. Уже восьмой час. Это скорей поздно, – ответил Арчи, пожимая его руку.
– В этом богом забытом месте – возможно. Здесь сама аура такова, что в девять вечера тянет спать. Но я из крупного города, в нем несколько иные отношения с часами пробуждения и отбоя. Позволите предположить – вы недавно приехали? Мы здесь уже четвертый день, и я уверен, что не видел вас до этого здесь.
