– Ну и ну! – сокрушенно развел руками Самойлов. – А я-то как раз больше всего надеялся на вашу танковую дивизию с новыми бронемашинами. И что теперь делать, товарищ Греков?
– Разрешить нам, пока не начались боевые действия, тренировки всех видов – и вождения танков, и стрельбы, и имитации атак во взаимодействии с пехотой и так далее. Как я уже сказал, боеприпасов и ГСМ у нас достаточно.
Самойлов:
– Разрешаю. А как быть с предыдущим моим приказом не высовываться в светлое время суток?
Греков:
– Надо его отменить, товарищ командующий. Да, немец засечет наши телодвижения. Но без интенсивных учебных мероприятий наша дивизия – колосс на глиняных ногах.
Самойлов:
– Хорошо, я отменю тот пункт приказа. В новом приказе я отмечу необходимость всех боевых учений. А сейчас слово командиру механизированной дивизии полковнику Петрову.
Петров:
– У нас два мотострелковых, один танковый и один артиллерийский полки. Всего 10050 человек, некомплект, по штату положено 16000 человек. Сейчас в дивизии 94 орудия и миномета, 275 танков, из них новейших: 50 Т-34 и 125 КВ-1, остальные устаревших моделей. В дивизии 625 автомобилей. По штату положено чуть более 700. Горючим, боеприпасами и продовольствием обеспечены неплохо, воевать можем долго.
Самойлов:
– Когда вы вступили в командование мехдивизией?
– Год назад.
Самойлов:
– А до того?
– Я участник мировой войны, закончил ее в чине унтер-офицера. В Гражданскую командовал стрелковым взводом. После войны продолжал оставаться в действующей армии, закончил кавалерийское училище, командовал эскадроном. Потом был переведен в стрелковую часть командиром роты. Затем мне доверили батальон, полк, стрелковую дивизию. Оттуда перевели сюда, в механизированную.
Самойлов:
– В каком году вы командовали стрелковой ротой?
– В 1936 году.
Самойлов:
– После Гражданской войны участвовали в боевых действиях?
– Нет, не участвовал, товарищ командующий.
Самойлов:
– Вы отрабатывали взаимодействие пехоты и танков в наступлении?
– Отрабатывали. Но получалось плохо, товарищ командующий. Кто в лес, кто по дрова. Потом запретили. Причина та же – экономия.
Самойлов:
– Вы свободны, товарищ Петров. Слово командиру стрелковой дивизии полковнику Кашину.
Кашин (читает по бумажке):
– Наша дивизия сформирована полтора года назад, передислоцирована в Латвию в ноябре прошлого года. Личный состав дивизии – 12225 штыков, по штату положено 14483 человека. В дивизии три стрелковых полка, один артиллерийский полк, один противотанковый дивизион и один зенитный дивизион, сильный разведбатальон, в числе его рота плавающих танков и рота бронемашин. Всего 141 орудие и минометов, более ста станковых и около 300 ручных пулеметов, 3039 лошадей. Боеприпасами, горючим, фуражом, продовольствием обеспечены хорошо.
Самойлов:
– Какое у вас образование?
– Я из крестьян, закончил два класса церковно-приходской школы. Участвовал в Гражданской войне в качестве рядового. Закончил Смоленское пехотное училище, курсы усовершенствования командного состава – КУКС. Командовал последовательно взводом, ротой, батальоном, полком. Работал в Главном политическом управлении РККА. Накануне 1940 года был утвержден в должности командира стрелковой дивизии.
Самойлов:
– Сколько выстрелов из винтовки произвел в среднем ваш боец?
– Пять – шесть выстрелов.
Самойлов:
– Пять – шесть выстрелов? Не хватало патронов?
– Никак нет, товарищ командующий. Хватало. На сегодняшний день на каждую винтовку имеется 350 патронов. Но до войны был приказ – экономить боеприпасы.
Самойлов:
– У меня еще такой вопрос: вы тренировали своих бойцов на преодоление танкобоязни?
– Никак нет, товарищ командующий.
Самойлов:
– Приучали их к взрывам?
– Никак нет, товарищ командующий.
Самойлов:
– Вы свободны, товарищ Кашин. Я обращаюсь к командирам других стрелковых дивизий: у вас примерно такой же состав, такая же обеспеченность боеприпасами, ГСМ, фуражом, продовольствием, такой же уровень боевой подготовки личного состава?
Голоса с места:
– Да, всё тоже самое.
Самойлов:
– Тогда слово командиру бригады Артиллерийского резерва Главного Командования полковнику Беленькому.
Беленький:
– Наша бригада включает в себя: гаубичный полк – четыре трехбатарейных дивизиона 152 мм гаубиц, всего 48 орудий; далее пушечный полк – 48 орудий калибра 122 мм; и еще один пушечный полк 152 мм пушек – тоже 48 орудий, а также зенитный дивизион 37 мм автоматических установок и крупнокалиберных пулеметов.
– Вот это да! – раздалось с места.
– Сила!
– Вся эта мощь, – продолжал полковник, – на механическом ходу, в том числе на тракторах. Горючим, боеприпасами, продовольствием обеспечены под завязку.
Самойлов:
– У меня к вам такой вопрос, товарищ Беленький. Сколько выстрелов совершено в вашей бригаде в расчете на один ствол?
