Спящий дракон совсем не то, что спящий человек. Это волшебство, которое придумал сам мир, чтобы стать краше и ярче. Мне сложно подобрать слова и объяснить, как важно, чтобы дракон выспал свой сон и проснулся в нужный и оговорённый час.
А вот глаза распахнёт он мгновенно, и в этот момент мир, встряхнувшись, вдруг начнёт сиять и примет себе совсем другое Имя.
Никто из живущих ныне не застал этот миг. Нигде не записано об этом дне ни слова, ни строчки. Но именно в такие времена люди вновь могут видеть любящие их глаза, раскрывающиеся крылья, походку и драконьи следы на земле. У нас пропадает страх, и люди признают все те истины мироздания, которые спускаются к ним во все эпохи неслышимым и невидимым потоком.
А потом многие века царит покой и благоденствие, пока человеческие глаза не станут привыкать к сиянию этого мира. Тогда дракон начинает потихоньку уходить из мыслей и сердец, и мы забываем о нём.
Наши пути расходятся, но драконы ещё долго пребывают здесь, творя немыслимые нам дела, перемещаясь по своим особым дорогам, и я не смогу передать, чем является их жизнь. Знаю только, что однажды приходит усталость и дракону необходимо смежить веки.
Вот в эти времена люди и покидают леса. Вернее, Лес просит их уйти. Конечно, нам не забыть тех лет, вернее, эпох, проведённых в чаще и ознаменованных мудрой свободой и радостью. Города-водопады, мосты как сияющие арки над бескрайним могучим лесом, поселения на огромных деревьях, по берегам рек или нависшие над реками воплощением света и радости.
А может, как выбор, вольное странствие и союз с миром трав, цветов и древесных исполинов – всё это так просто не выбросишь из памяти. Дети ещё долго играют в такую жизнь. Да мы все в это играем.
И всё же исход неизбежен. Людям приходится в такие моменты тишины мира обходиться своими силами и теми навыками, что наработались во времена Больших Песен.
Всегда находятся те, кто жаждет вернуться под сень, чтобы испытать снова и снова то непомерное чувство дома, что никогда не уйдёт из сердца. Но их не пустят. Пока Дракон смыкает веки, пока длится его сон, нам всем придётся рассчитывать только на себя. Будут освоены степи, моря, пустыни. Нельзя тревожить того, кто вершит будущий мир для нас же.
За время разлуки люди станут мудрее и лучше. Они переживут много бед, падений, даже войн. Но всё же странствие пойдёт им на пользу. Однажды – я даже не могу сказать, сколько раз будет засыпать и просыпаться этот Дракон – мы сможем с ним заговорить. И он ответит на равных нам.
А пока люди слишком малы. Я иногда думаю, что это мы спим непробудным сном, а нас бережно качают и поют самую чудесную колыбельную на свете, и мы растём, пока спим, и улыбаемся во сне.
Пока дракон укрыт крыльями, его сон храним. Существа, выбравшие себе такую судьбу, имеют непривычный для людей облик, принадлежат неизвестным нам племенам, и в их жилах часто плещется очень разная, несхожая с людской кровь. Они берегут то волшебство, что вершится зачастую глубже их понимания, сами становятся волшебством, духами и душою тех мест. Их жизни протягиваются через века, и само осознание жизни и смерти утрачивает для них человеческий невеликий смысл.
