— Это было очень давно, Ивви. Я не удивлен, что ты не помнишь.
Лина едва не споткнулась. У нее сбилось дыхание, но когда она заговорила, ее голос был на удивление ровным.
— Меня зовут Лина. Эванджелина, если угодно.
— Верно… Я звал тебя так раньше. Я же сказал, что это было давно.
Дальше Лина шла как оглушенная. Слова Рэя, казалось бы, совсем не имели смысла, но они задели что-то в глубине ее памяти. Однако она не была уверена, что ей так уж хотелось ухватиться за эту ниточку. Откуда-то вдруг пришел страх. Возможно, Рэй не просто так молчит. Возможно, тайнам и впрямь лучше оставаться тайнами.
Лина глубоко вздохнула и тотчас упрекнула себя за малодушие. Опасаться того, что скрывается в тени, — это так по-детски. Однако выражение лица Рэя сделалось по-настоящему мрачным, и это удержало Лину от дальнейших расспросов. Когда они вышли на главную улицу, первым, что они увидели, была проекция Лины, что совсем не способствовало поднятию духа.
Лина надвинула шляпку на глаза и пристроилась за спиной Рэя. Они посетили бакалейную лавку, булочную и молочника, после чего в таком же грустном настроении поплелись назад к дому целительницы. К тому времени Гвендолин уже пришла в себя, и Лина принесла ей поздний завтрак.
— Вилл сказал, ты помолвку разорвала, — вполголоса сказала Лина, устроившись на краешке кровати. — Неужели это правда?
— Чистая правда, — сказала Гвендолин, разламывая горячую булочку пополам. — И давно пора.
— Не горячилась бы ты, Гвен!
— Это очень хладнокровное, взвешенное решение. Нельзя выходить за человека, которому не доверяешь.
У Лины не нашлось контраргументов, но ей стало жаль Вилла. Он будто играл в одному ему понятную игру и вдруг доигрался до поражения. Гвендолин с невозмутимым видом намазывала ягодный джем на булочку. Если ей и была неприятна тема, она этого никак не проявила.
— Я теперь чувствую себя виноватой, — призналась Лина. — Это из-за разговора со мной ты вспомнила эту глупую Кейлен.
— Кейлен глупой вовсе не была, — возразила Гвен. — Скорее наоборот. И уж ты точно не виновата в том, что Рид и я не подходим друг другу.
«И ведь она любит его», — подумала Лина, глядя на подругу, которая склонилась над подносом. — «И судя по тому, как Вилл вчера убивался, ее чувства взаимны. Как можно было позволить какой-то вертихвостке вот так все испортить?»
Через некоторое время в комнату вошла целительница. Она вновь осмотрела рану Гвендолин и пообещала поставить ее на ноги в считанные дни. Гвен опустошила еще один пузырек с восстанавливающим зельем и быстро уснула. Тем временем Лина унесла поднос в маленькую кухню и вымыла посуду. Целительница была здесь же, раскладывала сушеные травы на деревянном столе, порой бросая на Лину любопытные взгляды.
— Спасибо за то, что приютили нас, — негромко сказала Лина, вытирая руки полотенцем.
— Не благодари. И семья Ридов, и семья Дейлов в наших краях пользуются уважением. Мы не так близко к столице, чтобы забыть, как волшебники защищали нас когда-то.
— Это приятно слышать.
— Куда вы путь держите?
— В столицу. Во дворец самой королевы.
Хозяйка хмыкнула, перебирая пучки лекарственных растений.
— Значит, сдаться решила.
Лина пожала плечами, улыбнулась и совсем не удивилась словам целительницы.
— Вы меня узнали?
— Да. Твое лицо давно на проекциях красуется.
— Я не нападала на королеву.
— Охотно верю. Только это не важно. Кому-то ты встала поперек горла, вот и все. Ты зря идешь во дворец. Лучше бы сбежала из этого королевства. В мире много чудесных мест. Зачем погибать зря?
— А как же справедливость? — спросила Лина без особого энтузиазма.
Хозяйка дома рассмеялась.
— Справедливость? А она существует разве? Я была ребенком, когда безумие еще бушевало. Когда все так боялись магических существ, что вырезали без капли жалости их последних представителей. Бедные единороги. А гномы так ли отличались от людей? Как у кого-то рука поднималась, я не представляю. И, как оказалось, даже фениксов можно убить. Как можно было этих существ сравнить с тварями вроде змея? Да и потом, змея кто выпустил?
— Они уже не вернутся, верно? — задумчиво произнесла Лина. — Я про волшебных существ.
— Вряд ли кто-то знает даже то, где они теперь. Может, совсем исчезли.
Лина кивнула с сожалением. Они с целительницей поговорили еще немного, после чего хозяйка отправилась по своим делам. Лина обошла дом. Гвендолин спала. Дэвид и Эдриан тоже дремали, устроившись в светлой гостиной. Вилл куда-то исчез, а Рэй сидел у окна, опустив голову на руки. Лина не была уверена, бодрствовал ли он или нет, и решила его не тревожить.
