Потом эти сцены стали повторяться всё чаще. Поводом служило отсутствие в доме водки, мнимая ревность, откровенная ненависть подрастающей дочери. Не раз он просто выгонял их на улицу, а потом из милости пускал обратно. Никто из посторонних, включая милицию, в этот процесс не вмешивался: милые бранятся, только тешатся, гласила убогая народная мудрость. Вчера вечером, забрав дочь из садика, она вошла домой и обнаружила в их постели вдребезги пьяного мужа, лежащего в обнимку с двумя такими же пьяными девицами. Увидев Ольгу, застывшую с Лерочкой на руках, Фёдор пришёл в бешенство. Он вышвырнул их вон и запер дверь, пригрозив, что убьёт, если они будут давить ему на психику. Так они и оказались на той скамейке, где их обнаружил Павел.
Выслушав Ольгу, Павел долго молчал, обдумывая услышанное, а потом спросил:
– Он прописан в твоей квартире? Извини, это ничего, что я на «ты»?
– Да, ради Бога, Паша, мне самой так проще, а то я постоянно чувствую себя в твоём присутствии какой-то старой девушкой. Нет, он не прописан там. Так получилось, что за водкой ни он, ни его родители об этом не подумали. Да, если честно, я и не настаивала.
– Ясно… Стало быть, все ваши вещи и документы находятся в квартире, куда вы не можете явиться?
– Да, выходит, что так.
– Хорошо. Давайте поступим так: вы пока остаётесь здесь, из квартиры не выходите. Я сейчас уйду, мне нужно посоветоваться с моим дядей, который служит в этих местах военкомом, а затем я решу вашу проблему. Договорились?
Ольга и Лерочка, обхватившая руку мамы, молча смотрели на него. Затем Ольга тихо спросила:
– А может не стоит, Паша? У него плохие друзья, и зачем тебе чужие проблемы?
Павел усмехнулся:
– Ты не поверишь, Оля, но до службы на флоте я у себя в Москве тоже был не совсем хорошим мальчиком. По этой причине я не боюсь других плохих мальчиков, особенно, если те избивают девочек. Поверь, я очень этого не люблю. Обычно на поверку такие мальчишки оказываются обычным мыльным пузырём, не более того. Так что, не беспокойтесь, ничего со мной не случится, а вашу проблему, девочки, я решу. Отдыхайте, а я пошёл. Комплект ключей на всякий случай лежит в прихожей на столике.
Он записал её адрес и ушёл.
Дядя принял его у себя в кабинете. Он молча выслушал подробный рассказ племянника, потом позвонил кому-то в горисполком, затем ещё кому-то и, наконец, своему приятелю, который в чине полковника возглавлял городское отделение милиции. Он обстоятельно поговорил со всеми абонентами и, наконец, положил трубку.
– Ну, что я тебе скажу, Паша, умеешь ты усложнить себе жизнь. Твои девочки действительно попали в плохое окружение, но сами по себе, я имею в виду конечно же Ольгу, характеризуются только положительно. Малышка не в счёт по причине мелкого возраста. Ты что, решил сам навести порядок в этом семействе? И зачем тебе это нужно?
Павел ответил не сразу. Он молчал, опустив голову, затем поднял глаза на сидящего передним умудрённого жизнью человека.
– Дядя, – сказал он затем, – я не могу тебе объяснить внятно, что со мной происходит со вчерашнего вечера. Я случайно шёл мимо, остановился и увидел её глаза. Ты, я думаю, со временем тоже оценишь Ольгу и поймёшь меня, поймёшь, прежде всего, как мужчина. Я не оставлю их, какое бы ты решение сейчас не принял. И, кстати, я принимаю твоё предложение остаться и сегодня же сдам билеты. Домой съезжу позже, когда всё уляжется, а я устроюсь здесь на работу.
Дядя выслушал его, встал из-за стола и прошёлся по кабинету, растирая затёкшую поясницу.
– Что, так хороша девушка?
– Дядя, у меня их в Москве было немало, поверь мне на слово. Но вот так зацепило впервые.
– М-да… Ну, что же, деваться некуда. Слушай меня внимательно, Паша. Сейчас сюда подъедет один человек. Его очень хорошо знают в местных кругах не только тех людей, которые остались здесь на поселении, но и тех, кто собирается пополнить ряды сидящих за решёткой. Вы вместе пойдёте решать проблему твоих девочек и решите её. Решать её, прежде всего, будешь ты сам. Я, кстати, интересовался твоими художествами в Москве и поэтому уверен в том, что ты справишься, а он вмешается только для того, чтобы придать блеск хорошо сделанной работе. Милиция закроет глаза на всё, что там будет происходить. Я надеюсь, что человек ты разумный и знаешь, где начинается та грань, которую переступать нельзя. Развод им оформят в один день, его участие при этом не обязательно. Я потом расскажу, что нужно будет для этого сделать. Всё понял?
– Да, я всё понял, дядя, и заранее тебе благодарен.
– Позже будешь благодарить. А вот, кстати, и наш герой, – обратился он к вошедшему в кабинет мужчине, – знакомьтесь: это Дмитрий Павлович Борзов, а это мой племянник, зовут Павел. Прошу любить и жаловать.
