– Да не думай ты об этом, Федя, тебе ещё жить и жить. Сто лет у тебя ещё впереди, а это целая жизнь. Ступай лучше на пруд, искупайся там или рыбу поуди, всё лучше, чем маяться в доме и задавать глупые вопросы.
Федя пошёл на пруд, но ни купаться, ни ловить рыбу не стал. Вместо этого он сидел на берегу, обхватив колени, смотрел на воду и думал о том, что в отличие от окружающих его людей он никогда не умрёт. Сказки не врут, непременно должен быть способ сделать жизнь вечной, такой, как у греческих богов и героев, книжку о которых он перечитывал уже в третий раз. Эта мысль занозой засела в голове и определила тогда всю его дальнейшую жизнь.
С тех пор его интересовала информация только одной направленности, той, что обогащала его знаниями о возможном бессмертии человека. Он прекрасно окончил школу, где бесконечно поражал всех знаниями в области математики, химии и биологии. Как победителю олимпиад самого высокого уровня, ему предложили стать студентом Московского медицинского института, и он дал согласие, отчётливо понимая, что без особых знаний в области медицины ему никогда не реализовать свою мечту.
Студенческие годы самые запоминающиеся в жизни человека. Это молодость, веселье, любовь и вообще всё то, что делает человека счастливым и уже никогда больше не повторится. Фёдору Черепову они запомнились запахом реактивов в лаборатории микробиологии и тишиной библиотечных залов. Любознательного и серьёзного студента быстро заметили, и в конце обучения известный учёный-биофизик, на трудах которого было воспитано не одно поколение молодых исследователей, предложил после окончания учёбы стать его аспирантом. Фёдор дал согласие и отправился в интернатуру закреплять полученные в институте знания.
Стажируясь в крупном психиатрическом центре, он под руководством одного старого врача, большого любителя выпить, в совершенстве овладел техникой гипноза и успешно применял новые знания на практике. Оказалось, что для этого у него есть недюжинные способности, которые следовало развивать. Уже тогда Фёдор окончательно пришёл к мысли о том, что реальный путь к бессмертию заложен не только в геноме человека, но и в сознании, хранилищем которого являлся мозг.
Особенно его восхитил тот очевидный факт, что человек это, собственно, и есть сознание. К этому выводу он пришёл, наблюдая за поведением больных в Центре психиатрии. Нет сознания, нет и человека. Наш организм стареет и умирает, но сознание вечно, оно только совершенствуется с возрастом, а потом просто деградирует в процессе старения и исчезает со смертью человека. Вот только исчезает ли, и что такое вообще – сознание? Что это за феномен? С этим ещё предстояло разобраться. Одно было ясно, чтобы сохранить сознание, нужно было либо вовремя переписать его на более долговечный и не обязательно органический носитель, либо сделать бессмертным, способным к регенерации, человеческое тело. Он долго думал, обрабатывая имеющуюся в его распоряжении информацию и решил, что второй путь на настоящий момент ему более понятен и по этой причине более перспективен. Вопрос же о природе сознания так и остался в памяти.
Кандидатскую диссертацию Черепов защитил досрочно за год до окончания аспирантуры. Его работа касалась особенностей технологии, позволяющей заменить определённую часть естественной информационной цепочки в геноме человека на иную, искусственную, позволяющую придать человеческому организму несвойственные ему ранее свойства. Для этой цели использовались особые вирусы, способные нести такую информацию, легко проникать в клетки человека и оставлять её в нужном месте генома. Собственно, большая часть проблемы была в том, как вырастить и заставить работать эти умные вирусы.
Дискуссия, разгоревшаяся во время защиты, показала, насколько нестандартно мыслит молодой соискатель, и как далеко могут пойти исследования в этом направлении. Интересно, что предметом дискуссии оказалась даже не предлагаемая технология вмешательства в геном, а этическая сторона последствий такой операции. Его оппонент, известный микробиолог, на импровизированном банкете по случаю защиты предложил ему перейти на работу в Институт вирусологии.
– Поверьте, – сказал он Фёдору, обняв его за плечи и дыша тёплыми парами коньяка в лицо, – только у нас есть всё необходимое для дальнейшей работы в направлении ваших исследований. И, кроме того, молодой человек, генные преобразования это щекотливая тема, как вы, я надеюсь, поняли во время защиты. Вас никогда не одолевал вопрос, что может произойти с человеком в результате перестройки его генотипа? Это всё ещё будет человек в обычном понимании этого слова или некоторое иное существо? Оно будет обладать сознанием или нет? И если да, то простит ли оно вам то, что вы с ним сделали?
Тогда Фёдор подумал и спокойно ответил:
– Нет, эта сторона проблемы меня не волнует.
– Что, вообще не волнует?
– Да, вообще не волнует.
Известный учёный слегка отстранился, внимательно посмотрел ему в глаза и произнёс такую фразу:
