Горло сжимается. Теперь мне грустно оттого, что я была несправедлива к Элоизе. Ее дети спят дома, в безопасности, живые и здоровые. Это я безответственный родитель. Трижды безответственный. Рози, второй ребенок, а теперь и Эдмунд. Прикосновения к животу приносят мучения. Лучше притвориться, что я не беременна. Хочется спать. Хочется плакать. Хочется, чтобы Эдмунд поскорее нашелся.
Элоиза включает чайник и кладет полную ложку сахара в чашку. Наблюдаю за ней из гостиной, проникаясь ложным чувством спокойствия. Может быть, однажды мы вместе поедем отдыхать с детьми. И, сидя перед телевизором с тарелкой печенья, я буду ждать свой чай и смеяться.
– Нужно пойти поискать, – повторяю я.
– Сейчас полсотни человек заняты поисками, – мягко возражает она.
Теперь я смотрю на нее другими глазами. Элоиза больше не кажется мне грубой и наглой, а ее голос – резким и неприятным. Говорит она с придыханием, и пульс у меня замедляется. Ее нарощенные волосы отливают золотом. Откровенные шорты уже не выглядят столь вызывающими и даже похожи на мои. Цвет ногтей мягкий, бледно-розовый и подходит к румянцу и губам. Она ангел. Мать. Элоиза подает чай, делаю глоток и наполняюсь любовью. Внутри разливается тепло, а спазм, который меня душил до сих пор, наконец отпускает.
– Выпьешь, и пойдем искать, – улыбается она.
– Спасибо, – отвечаю в кружку, и пар ударяет в нос.
– Да не за что.
Мы смотрим друг на друга, и у меня внезапно возникает непреодолимое желание сказать ей, как неправа я была на ее счет. Как завидовала тому обожанию, с которым моя дочь относится к ней. Хочется спросить, как мне вновь завоевать расположение Рози. Но Элоиза начинает первой и признается, что ненавидит этот остров. Что никогда его не любила. Он всегда казался ей порочным. И она очень не хотела приезжать сюда в эти выходные.
– Не из-за тебя. – Она тихонько смеется и отхлебывает чай. – Подростком я часто бывала здесь и знаю, что на острове творились ужасные дела.
– Забавно. Во мне остров всегда вызывал совсем другие чувства. Это место, где прошло наше детство.
– Знаю, – кивает она. – Знаю, у тебя была замечательная жизнь.
Не знает. По-настоящему ничего она не знает. Делаю большой глоток горячего чая.
– А что ужасного здесь случилось?
Она закусывает губу и мотает головой.
– Тебе лучше не знать.
Но я хочу знать. Очень хочу.
– Неужели здесь раньше тоже пропадали дети?
– Нет, такого не было. – Элоиза задумывается на мгновение, а затем спрашивает: – Как считаешь, Эдмунда забрала биологическая мать?
Ставлю чашку на стол.
– Не думала, что тебе известно.
– И не было известно до сегодняшнего вечера, пока Джулия не сказала. – Элоиза закатывает глаза и вздыхает. – Потому что Скотт вообще ничего мне не говорит.
– Совсем?
Она кивает; похоже, ей надо выплакаться, кому‑то пожаловаться, и почему бы не мне.
– Если бы он мне чуть больше доверял…
Снаружи мы слышим шум и суету, на улице останавливается группа велосипедистов. Бегу к двери. Там Кев, Скотт, Бретт и Сэл. Но Эдмунда нет. На минуту я поверила, что они нашли его, но нет. Пора засунуть поглубже свои дурацкие надежды и быть готовой к любому удару. Эдмунд никогда не вернется. Я со всей силы пинаю дверь и пугаюсь, что разбудила детей Элоизы. Она подходит сзади, кладет руку мне на плечо, и я вновь заливаюсь слезами.
Чтобы объехать остров на машине, понадобится около часа. Поверхность покрыта холмами и обширными солеными озерами, то и дело встречаются заросли кустов, в скалах прячется огромное количество пещер, а по береговой линии насчитывается больше пятидесяти заливов. Остров не такой маленький, как мне казалось в молодости. Найти здесь потерявшегося ребенка – задачка не из легких. Дело близится к полуночи, и беспокойство усиливается. Темнота только усложняет поиски. Но все равно лучше действовать, чем ждать до утра.
Власти остановили движение с острова и на остров. Но как они смогут отследить перемещение катеров? Пять из пятидесяти заливов забиты ими. Представители администрации ходят по домам, объезжают остров на моторках с фонарями и будят лодочников, чтобы проверить их суда. Все мы хотим спать, мозг отказывается работать от усталости и от недавних возлияний. Но тревога держит в напряжении, не дает остановиться. Нужно продолжать поиски.
Скотт вместе с другой группой велосипедистов решает поехать на южную сторону. Серьезно? Они считают, что маленький мальчик мог добраться туда за полчаса? Бо́льшая часть острова необитаема и пустынна, она густо покрыта эвкалиптами, чайными деревьями и колючими кустарниками, которые умудряются выживать в условиях соленых ветров зимой и раскаленного зноя летом. Думаю, мальчика все‑таки украли. Жуткая родная мамашка или тот странный парень, что шляется по острову. Пожалуй, стоит про него рассказать.
