А Сергий — живая военная энциклопедия. Да что там энциклопедия — целая библиотека! Все он знает — по крайней мере, по дороге в тир Тарас и Артемко убедились в этом. Они и не заметили, как дошли.
Тир помещался в маленьком старом домике. Наверно, там раньше жили люди, но получили квартиры в новом районе, а из их жилища сделали тир и магазин спорттоваров.
— А вы раньше когда-нибудь бывали в тире? — спросил Сергий.
— Да были, только еще маленькими. Отец стрелял, а мы подавали пульки.
— Ясно! Ну, теперь вы повзрослели и ружье сможете удержать. Стрелять будете с локтя. Так легче. Смотрите.
Сергий оперся локтем на загородку, поудобнее обнял ружье, прищурил глаз, на секунду замер — бах! — и олень упал.
— Вот так! Запомните: целиться надо чуть ниже под срез мишени. Так, чтобы ствол держался прямо. Ну, кто первый?
Разумеется, первым вызвался Артемко: он же старший. Тарас уже привык к этому и совсем не обижается на брата.
Артемко стал целиться. Но ружье то подскакивает вверх, то опускается вниз. Наконец приспособился, все хорошо, но куда же целиться? Вот вопрос! Вон зайчик притаился под кустиком, там волк выглядывает из-за елочки, красавец олень висит уже вверх ногами. А дальше — лисичка рыженькая с белой кисточкой на хвостике, белочка с орешками, дельфин красиво выпрыгнул из волны.
Артемко отложил ружье, растерянно заморгал ресницами.
— Что такое?
— Не хочу я стрелять в зайчиков и лисичек.
— Так это ж самые обыкновенные мишени. У нас на полигоне тоже разные — просто черный круг с белым кружочком, черный силуэт «врага», макет танка.
— Вот видишь. А тут — прямо зоопарк.
Наконец Сергий понял, в чем дело.
— Что ж будем делать?.. А! Вон, видишь, на пригорке один за другим танки ползут?
Действительно, эту мишень ребята сперва не заметили.
Черные машины, пушки, танки медленно выползают, исчезают куда-то и снова появляются с другой стороны. Сюда б еще музыку — и было бы прямо как в кино.
И тогда начался настоящий бой. Артемко и Тарас по очереди занимали место у «амбразуры дота» — так братья сразу же окрестили свою позицию за стойкой тира. Звучали выстрелы (настоящие!), взрывы (это музыкальное оформление ребята осуществляли сами). Только и слышно было: клац, тыц, бах, бух! И снова — клац, бух! Настрелялись вдоволь. Стреляли бы, кажется, до самого вечера, если б Сергий не остановил:
— Стоп! Отбой! А то денег на мороженое не хватит.
По дороге домой поели мороженого. И каждый думал, какой славный был денек.
В классе случилось ЧП, чрезвычайное происшествие.
Еще бы!
Вчера после уроков ребята вышли во двор погонять в пятнашки. И надо же было такому случиться: Юля поскользнулась и упала в лужу. Запачкала и пальтишко, и платье, и колготки. Еще и промокла! Что делать? Юля живет далековато — пока добежит, того и гляди, простудится. Люда предложила:
— Надо к кому-нибудь заскочить, обсохнуть и почиститься.
Вита согласилась:
— И правда! Таня, ты ближе всех живешь, давай к тебе.
Майстренко надула губки:
— К нам нельзя: в комнатах ковры, а в коридоре вчера пол натерли.
И ушла.
Конечно, все обошлось. Побежали к Скорнякову, он тоже близко живет. Девочки все выстирали, почистили, прогладили утюгом. И через час Юля была дома.
А наутро… Наутро третий «А» гудел, как улей.
Таню еще в первом классе выбрали командиром октябрятской звездочки. Она всегда была аккуратна, вежлива со взрослыми, отличница. Командовать ей сразу понравилось. Она охотно делала замечания. Но чтобы самой кому-нибудь помочь — никогда! Поэтому и подчинялись ей неохотно. А тут еще эта история с Юлей. Этого третий «А» простить не мог.
Таня, ничего не подозревая, влетела в класс возбужденная, бросила портфельчик на свою парту (разумеется, первую) и крикнула:
— Тише, третий «А», внимание! Своевременно возвращайте в нашу библиотеку книги! Сколько можно! И еще: я встретила наших Светлан, вожатых, и они сказали, что вся школа будет собирать макулатуру. После уроков я скажу, кому где. Это очень важное дело.
— А ты уверена, что оно такое уж важное? — полюбопытствовал Скорняков.
— Все должны знать, что из макулатуры делают бумагу для книг, тетрадей, альбомов…
Таня, если ее не остановить, до конца урока будет читать лекцию.
— Никогда не видел, чтобы на книге или на тетради было написано: «Сделано из макулатуры, собранной школьниками», — перебил ее Артемко.
— Тем, кто делает тетради, видней, что на них писать. Вот мы соберем больше всех, тогда, может, и напишут: «Из макулатуры, собранной третьим «А».
— Может, еще и твою фамилию напишут? — Сергийко засмеялся.
Никто не увидел, как в класс вошла Мария Яковлевна.
— Простите, друзья. Запоздала немного. Началась математика.
Но Артемко, вместо того чтобы списывать с доски условие задачи, написал и пустил по партам записку: «Давайте говорить с Танькой шепотом. Помните, как вожатые сделали? Пусть не орет. И вообще, давайте ее переизберем. Долой Майстренко!»
Один прочтет — улыбнется, другой одобрительно кивнет.
Только Тарас скривился: мол, зачем же так?
Записку скоро заметила Мария Яковлевна.
— Что там у тебя, Юля?
— Ничего…
